Да, вы должны вернуться в Холл, – согласилась миссис Чевиот с юношей. – Но мне все равно хотелось бы, чтобы вы заколотили дверь в саду перед тем, как уедете.

– Нет, нет, мы ни в коем случае не должны делать этого! – покачал головой юный мистер Карлион. – Я очень надеюсь, что этот парень вновь заявится в Хайнунс. Готов биться об заклад, что он вернется! Зачем нам пугать его? – Юноша обаятельно улыбнулся миссис Чевиот, которая не сводила с него изумленного взгляда. – Так ведь, кузина Элинор?

– Конечно, нам незачем пугать его, – язвительно кивнула Элинор. – Если он опять придет, я обязательно предложу ему перекусить и выпить. Как же я вчера не догадалась об этом? Надеюсь, он не ухватится за мое негостиприимство как за причину, чтобы позабыть дорогу в Хайнунс.

– Я знал, что вы отличная девушка! – простодушно похвалил ее Ники. – Но я вас прошу, будьте серьезной, мадам. Все дело в том, что если я прав, а я не сомневаюсь в своей правоте, этот тип обязательно вернется за тем, что ему нужно. Мы должны подстеречь его и схватить, так сказать, на месте преступления! Я уверен, что Нед согласится со мной.

– Я тоже готова поверить, что его светлость согласится, – с едкой иронией заявила Элинор.

Ники поставил на место люк и закрыл дверцу стенного шкафа.

– Ну что ж, пока нам делать здесь больше нечего, – сообщил он. – Давайте вновь спустимся вниз, кузина. И смотрите, не говорите ни слова Барроу. Надеюсь, вы согласитесь: ни к чему, чтобы о потайном ходе знал еще кто-то, кроме нас. К тому же слуги наверняка перепугаются до смерти и убегут из дома. Вы останетесь здесь одна, а это никуда не годится!

– Наконец-то вы произнесли слова, с которыми я абсолютно согласна! – кивнула миссис Чевиот. – Только вы напрасно думаете, что я проведу еще одну ночь в этом доме с открытым потайным ходом. Ничто на земле не заставит меня пойти на это, хотя я и уверена, что этот человек больше не вернется!

Ники и Элинор спустились на первый этаж.

– Если вы не собираетесь ночевать в Хайнунсе, тогда у вас тем более не должно быть никаких возражений против того, чтобы я оставил потайную лестницу открытой, – рассудительно заметил юный мистер Карлион.

Они вошли в библиотеку, и Элинор села у огня.

– Я знаю, что на это мне нечего возразить, – призналась миссис Чевиот, – но у женщин совершенно необъяснимые капризы! Вы, наверное, будете считать меня таким же ничтожным существом, каким был ваш кузен, но признаюсь, мне очень не по себе от одной мысли, что в Хайнунсе существует потайной ход, и что им время от времени пользуется человек, который, как вы меня сами уверяли, является отвратительным типом. Даже сейчас, несмотря на то, что еще только середина дня, у меня неспокойно на душе, и мне страшно подниматься наверх.

– О, вам не следует ничего бояться, мадам! – уверил юноша миссис Чевиот. – Никто не отважится воспользоваться этим ходом средь белого дня. Знаете что? Я пока оставлю с вами Баунсера. Он у меня такой свирепый пес, что вам с ним сам черт не будет страшен! Совсем недавно Баунсер вырвал кусок мяса из ноги кузена. Баунсер отличный пес, только еще очень молод.

Элинор с сомнением посмотрела на собаку, которая крепко спала, растянувшись у огня.

– Ну, если вы считаете… Но может, он не захочет оставаться без вас?

– Захочет! Я научил его разным фокусам! Эй, Баунсер! Проснись, приятель!

Пес проснулся и сел у ног хозяина, учащенно дыша и не сводя с Ники обожающего взгляда. Ники потрепал его по шее и нежно сказал:

– Хороший пес Баунсер, хороший! Оставайся здесь и охраняй ее! Понимаете, сэр? Сидеть! Вот так! Смотри охраняй, Баунсер! – Юноша выпрямился и с гордостью посмотрел на собаку.