Юный мистер Карлион вышел из библиотеки, на прощание еще раз приказав псу охранять Элинор, и аккуратно закрыл за собой дверь. Верный Баунсер подбежал к двери, обнюхал ее и печально фыркнул. Потом завыл и принялся царапать дверь. Видя, что она не поддается, Баунсер вернулся к камину и улегся, положив морду на лапы и не сводя глаз с Элинор.

Очень расстроенная открытием потайного хода и чувствуя, что ей необходимо как-то успокоиться, миссис Чевиот откинулась на спинку стула. Здравый смысл подсказывал, что теории Ники являются не чем иным, как плодом его богатого воображения. Но тем не менее, как она ни старалась, ей не удавалось найти другого подходящего объяснения ночному визиту француза в Хайнунс. Он не показался ей молодым человеком, который готов воспользоваться потайной лестницей, чтобы пошутить над хозяином и напугать его. Не могла она и представить его простым вором. У этого человека была какая-то веская причина для тайного посещения Хайнунса, но что это за причина, думала Элинор, никто не знает, кроме самого француза. Мысль о том, что смуглый джентльмен вновь вернется в Хайнунс и воспользуется тем же потайным ходом, казалась миссис Чевиот абсолютно невероятной. Однако, несмотря на все доводы в пользу этого, у Элинор начинал учащенно биться пульс всякий раз, когда она вспоминала о таинственной лестнице, ведущей в сад.

Миссис Чевиот постаралась прогнать эти глупые страхи и решила, что лучше заняться сортировкой белья, чем сидеть сложа руки и дрожать от страха. Она поднялась со стула и уже собиралась двинуться к двери, когда заметила волнение Баунсера. Пес тоже встал, на спине дыбом поднялась шерсть. Он зарычал и показал два ряда прекрасных острых зубов.

Элинор замерла, испуганно глядя на собаку.

– Хорошая собачка! – попробовала подольститься она, надеясь, что говорит спокойным голосом. – Пожалуйста, ложитесь, сэр!

Но Баунсер в ответ только залаял на нее.

– Глупое животное, твой хозяин не это имел в виду, когда приказал тебе охранять меня. Он говорил не о том, чтобы ты не разрешал мне отойти от этого стула! – сердито произнесла Элинор. – Немедленно ложись на место!

Но Баунсер и не собирался ложиться. Видя, что пес продолжает угрожающе рычать, Элинор была вынуждена опять сесть. Довольный успехом, Баунсер вновь улегся у камина, высунул язык и спокойно задышал.

Но какими бы интересными и восхитительными ни показались миссис Чевиот имена скаковых лошадей, со временем ей все это изрядно надоело.

Когда в комнату вошел Барроу, книга ей так наскучила, что, окажись на месте пожилого дворецкого Ники, Элинор наверняка бы запустила ей в голову юноши.

– Вы так и не пообедали, мадам, – упрекнул хозяйку Барроу. – А миссис Барроу накрыла вам обед в столовой. Она была уверена, что вы проголодались и с удовольствием перекусите.

– Да, я проголодалась и с удовольствием бы перекусила, – сердито согласилась Элинор, – если бы глупая собака мистера Николаса разрешила мне встать с этого стула! Пожалуйста, заберите ее, Барроу!

– А для чего мистер Ники оставил это противное животное в библиотеке? – строго осведомился дворецкий, неодобрительно глядя на Баунсера.

– Он… он думал, что Баунсер будет охранять меня, – смущенно объяснила Элинор.

– Мистер Ники оставил своего пса охранять вас? – недоверчиво переспросил Барроу. – Не иначе, как у мистера Ники что-то с головой. Зачем вам понадобился охранник, мадам?

– Мне не нужен никакой охранник, и я очень хочу, чтобы вы забрали его.