– Мне рассказал об этом Боксер Дэвис, – парировала Долли. – Рассказал перед тем, как его превратили в фарш. Тогда, на пляже, я не стала ничего говорить, потому что нам предстояла репетиция налета и я не хотела ее испортить. Кроме того, у меня была надежда, что ты образумишься и без моего вмешательства… но нет. Ты совершаешь одну глупость за другой. – Долли сделала короткую паузу, и Линда чуть не умерла от стыда в эти несколько секунд. – В какой машине ты сидела, наблюдая за домом Джимми Нанна? – Долли не знала пощады, Линда чуть не плакала. – Случайно, не в своей собственной? В той самой, которую тебе чинил Карлос? В той машине, которую он мог видеть возле твоей квартиры или работы, припаркованной перед этим кафе, куда ты меня позвала, чтобы целый свет увидел нас вместе? Это была та самая машина, Линда?

Молодая женщина хотела провалиться сквозь землю, однако Долли все не останавливалась, несмотря на то что слезы уже градом катились по лицу Линды.

– Ты вела себя как безмозглая потаскушка, но отныне все должно измениться, ты слышишь меня? Главная в нашей команде – я, и на то есть чертовски серьезные причины. А теперь, прежде чем я скажу тебе, что делать дальше, ответь мне на один вопрос. Я тебе его уже задавала, но ответа пока не получила. Ты рассказывала Карлосу о нас и наших планах?

– Клянусь – нет! Ни слова. Жизнью клянусь…

Долли видела, что это правда.

– Ты избавишься от него, Линда, – сказала женщина.

На миг Линде показалось все это сценой из второсортного гангстерского боевика.

– Что? Как?.. – жалобным хриплым голосом переспросила она.

Долли хотелось схватить строптивицу за шиворот и вбить ей в голову хоть капельку здравого смысла.

– Ну, не в асфальт же я прошу его закатать, или что ты там себе навоображала! Он же обслуживает все тачки Фишеров, так? Наверняка у него в гараже полно угнанных машин.

У Линды отвалилась нижняя челюсть.

– Вы хотите, чтобы я сдала его копам?

– Один телефонный звонок. Скажи, чтобы обыскали его мастерскую. Сегодня же. – Долли поднялась, подхватив Вулфа на руки. – И больше не смей мне врать!

Долли повернулась и направилась было к выходу, но замедлила шаг и обернулась. Линда сидела, понурив голову, глядя на сигаретный пепел в чашке остывшего кофе. Вид у нее был совершенно несчастный. Долли ничуть не жалела Линду, но нужно было приободрить ее, чтобы она взялась за ум и рассталась с Карлосом.

– Спасибо за адрес Джимми Нанна, – бросила ей Долли. – Я этим займусь.

Линда осталась одна. С другого конца кафе на нее пялились трое загорелых строителей и хозяин-грек. Ей стало противно. И еще ее добивала собственная тупость. За какие-то пять минут Долли превратила звездный час Линды в час ее величайшего позора. До чего же она ненавидит эту Долли Роулинс! Ужасная женщина, просто отвратительная! И не потому, что у нее нет сердца или жалости к Линде. «Совсем необязательно было использовать слова вроде „педик“, – думала несчастная вдова. – Она это сделала нарочно, потому что она унылая, старая, противная ведьма».

Правая рука Линды сама собой нашла золотую цепочку и медальон в виде Стрельца – подарок Карлоса. Он попросил Линду закрыть глаза, потом осторожно надел ей на шею цепочку, поцеловал нежно и поправил медальон. Молодая женщина была в восторге от подарка. Она была в восторге от Карлоса. Они занялись любовью прямо так, стоя, глядя друг на друга в зеркало. Утром Карлос уехал до того, как она проснулась, но оставил записку, обещая вернуться после работы. Однако теперь Линда не могла избавиться от мерзкой картины в ее воображении: Карлос целует Арни и смотрит на него с такой же нежностью и страстью, как на нее.