– Ко мне! – прикрикнула на песика Долли, и он послушно сел у ног хозяйки, махая хвостом. Долли не стала ни поднимать пепельницу, ни собирать смятые окурки – на состоянии комнаты это не сильно бы отразилось. Вынув фотографию из сумочки, она спросила: – Это Джимми?

Труди посмотрела на фото, где вместе стояли Джимми и Терри, и кивнула:

– Он что, должен вам денег, да?

Долли встала, отряхнула юбку и протянула Труди листок с номером телефона:

– Если ваш муж вдруг появится, передайте, что я хочу поговорить с ним. Меня можно застать вот по этому номеру. Спросить миссис Роулинс, – повторила она.

– Я запомнила, как вас зовут, – сказала Труди.

«Что за наивная глупышка, – думала Долли. – Да еще умудрилась остаться одна с ребенком на руках». Ребенок непрестанно ныл. Запах дешевых духов Труди накатил на Долли с новой силой. Наверное, потому и малыш плачет. Вообще-то, он был славным карапузом, на вид ему было около полугода. Долли прикоснулась к его щечке, отчего Труди испуганно отступила. Когда Долли отвернулась, чтобы вновь раскрыть сумочку и достать пять хрустящих десятифунтовых банкнот, Вулф улучил момент, снова запрыгнул на кресло и принялся выкапывать что-то из-под подушки сиденья.

– Это для ребенка, – не обращая внимания на суету пуделя, сказала Долли и вручила Труди пятьдесят фунтов. – А когда со мной свяжется Джимми, получите гораздо больше.

Труди смотрела на Вулфа, терзающего ее кресло.

– Вулф! – прикрикнула Долли. – Немедленно слезь! – И подхватила песика на руки, но при этом заметила что-то блестящее в углу кресла. – Простите… – Долли нагнулась, делая вид, будто разглаживает ткань обивки, и извлекла из узкой щели золотую зажигалку «Данхилл». Точно такую же она купила много лет назад для…

Голос Труди донесся откуда-то издалека:

– Если это ваша машина стоит там внизу, то вам лучше поторопиться, миссис Роулинс.

Долли быстро сунула зажигалку обратно. Ей отчаянно хотелось перевернуть ее и посмотреть, нет ли на задней крышке гравировки в виде инициалов ГР. Но тут вновь заговорила Труди:

– Ее облепили мальчишки. Похоже, вы остались без бокового зеркала.

Но Долли уже ушла. Она не оглядывалась, боясь того, что может увидеть.

– Крепкая старушонка, – сказала она кому-то, когда кухонная дверь со скрипом приоткрылась. – Ты не поверишь, дорогой, она сунула мне полтинник на нашего малыша.

– Ну как я тебе? – спросил Карлос, остановившись перед ее окошком и источая густой аромат одеколона.

Линда медленно подняла голову. Молодой человек стоял перед ней в картинной позе, все с той же жизнерадостной улыбкой на смуглом свежевыбритом лице. Линда обожала его прекрасные темные глаза, но сейчас не могла заставить себя смотреть в них. Неловко отвернувшись, она спросила:

– Что ты так расфуфырился – идешь куда-то?

– Да, встречаюсь кое с кем – деловой ужин, – уклончиво ответил Карлос. – Открой будку, хочу обнять тебя.

Ватными руками Линда отперла дверь. Карлос обхватил ее за талию, притянул к себе и поцеловал. Она была так скованна, что он сразу это почувствовал.

– Мне нужно работать. – Линда высвободилась из его объятий.

Карлос опять привлек ее к себе и прикоснулся к медальону у нее на шее. Линду передернуло.

– Красиво смотрится. Приятно видеть его на тебе. Давай я вечером заеду, как закончу с делами?

– Я сегодня работаю допоздна.