И словно отвечая на ее крик, где-то рядом зазвонил телефон. Франта обернулась и увидела мигающий в темноте зеленоватый огонек. Она сняла трубку стоящего на полу телефона и услышала голос Чеслава:

– Франта, ты слышишь меня? – спросил он как-то подозрительно ласково.

– Слышу! – закричала она в темноту. – Мне это надоело! Немедленно открой дверь!

Он рассмеялся и сказал:

– Не могу. Я уже по дороге в Прагу. Как тебе домишко – понравился?

– Что ты несешь? Как это – по дороге в Прагу? А я?! Что тебе от меня нужно?!

– Мне нужно, чтобы ты поскорее оказалась дома, в теплой постельке, или где-нибудь еще… Мы, например, собираемся сейчас где-нибудь поужинать… На свежем воздухе аппетит так разгулялся! Хочешь присоединиться к нам?

Франта услышала, как его спутники, видимо по-прежнему находящиеся в машине, заржали.

– Скажи своим придуркам, чтобы они заткнулись. Я ничего не слышу! – закричала она в трубку.

– Ладно, шутки в сторону. Мы хотим, чтобы ты рассказала нам что-нибудь увлекательное… Ну, например, как твой отставной ухажер рыщет сейчас по Венеции в поисках клада.

Франта замерла.

– Неужели он не сказал тебе, куда направляется? – ласковым голосом продолжал Чеслав. – Этот твой Ален Делон?..

– Чеслав, ты что, совсем свихнулся? Какая Венеция?

Но Франта уже все поняла. Что же делать? Как ей теперь избавиться от этой жуткой темноты, сбежать из этого плена?

– Твое хамство возбуждает меня, детка… Но еще больше мне хочется поговорить о том, что спрятано в старом камине…

– Где Карл? Что вы сделали с ним? – ошарашенная такими подробностями, Франта только что заметила плотно зашторенное окно и, держа в руке телефон, подошла к нему. Отдернув тяжелую портьеру, она увидела литые решетки, за которыми светилось звездами ночное небо.

В ответ на ее вопрос в машине опять раздался хохот. «Но если бы Карл уже вернулся, неужели же он не позвонил бы мне сразу? Он должен был позвонить мне еще из Венеции, если действительно нашел клад!» – эта мысль немного успокоила ее.

– Ох, Чеслав! Неужели ты действительно поверил в то, что я говорила Хельге? Значит, ты притворялся тогда, что спишь? Ну, негодяй…

Франта раздвинула шторы пошире – и в комнате стало немного светлей: она разглядела мраморные стены и пол, а в глубине помещения темнело какое-то пятно. «Наверное, дверь», – подумала она и двинулась туда.

Это действительно была дверь. И, конечно же, она была заперта.

– Ну ладно, детка! – сказал разозлившийся Чеслав. – Посиди пока и подумай хорошенько. А мы тебе перезвоним.

В трубке раздались короткие гудки, и Франта с телефоном в руках уселась прямо на холодный пол.

– Это надо же так влипнуть! – воскликнула она и с силой швырнула телефон на пол. Раздался треск. – Что же я наделала! – она уже готова была зарыдать. Но тут же вспомнила про свой мобильник, подаренный ей одним немолодым американцем. Она познакомилась с ним, опаздывая на день рождения Хельги и ловя какую-нибудь машину… На день рождения она тогда так и не попала, а американец изредка приезжал в Прагу по делам и, как он говорил, хотел иметь возможность всегда найти очаровательную Франту, где бы она ни находилась. С тех пор Франта таскала в своей сумочке эту маленькую трубку, помещающуюся у нее на ладони, правда, почти никогда не включая ее. И сейчас вынув ее из сумочки, она нажала на кнопку и обрадовалась: огонек загорелся, значит, аккумуляторы еще не сели!.. Это была все-таки какая-то связь с миром.