С этого момента события известны только по свидетельским показаниям.

Мария ответила, что все в порядке, просто она проверяет на карте, нет ли тут второго Альфонсова. Потом она сообщила своим спутницам, что чувствует, как у нее падает давление, и поэтому хочет принять лекарство. Она нашла пилюли, пассажирка налила ей чаю из термоса, Мария растворила в чае лекарство и выпила, затем стала заводить мотор. С первой попытки у нее не получилось, только с третьего раза мотор зафыркал.

– Пани доктор, может, лучше обождать? – забеспокоились встревоженные пассажирки.

От Марииной ответной реплики волосы дыбом встают на голове, а именно: надо, мол, ей доверять, коль скоро она врач и знает, что делает. После чего Мария тронулась с места, зигзагами проехала двести метров, при активной помощи пассажирки, сидящей рядом, разминулась со столбом от ворот, зато въехала во двор завода по производству газированной воды и врезалась в стену здания.

С какой скоростью Мария ехала, никто не знает. Судя по состоянию машины, – свыше сорока. Окружающий мир она узрела только после аварии и сотрясения мозга, вызвавшего невероятную подвижность, Мария выскочила из машины, упала на пассажирку, которую выбросило из машины, основательно придавив несчастную женщину и вызвав вопли, смысл которых заключался в пожелании Марии идти куда подальше. Наконец Марию силой забрала «скорая помощь». С пассажирками ничего не случилось, двое отделались всего лишь ссадинами от ремней безопасности, но все были в шоке от страха. А вообще-то во двор заводика въехала самая голосистая машина на свете, поскольку все три паломницы вопили не своими голосами.

После расследования оказалось, что Мария была в невменяемом состоянии. Нет, речь идет не о потере сознания, что было бы для нее куда лучше, а именно о невменяемости: конечности действовали без участия мозга, правая рука не ведала, что творит левая, Марии просто казалось, что она должна что-то делать – и все. Причиной этого безобразия послужило резкое падение уровня сахара в крови.

Машину забрала милиция и берегла самым похвальным образом.

С моей стороны это происшествие выглядело так: утром зазвонил телефон. Обычно я не снимаю трубку до девяти утра, но тут, после слов своей секретарши, я кинулась к телефону и узнала, что Мария в результате аварии лежит в больнице в Томашуве-Мазовецком и мы можем приехать за ней в пятницу.

Я правильно поняла, что ее разрешается забрать, после чего поймала Вальдемара – его я описывала в «Бегах», он работает профессиональным водителем радиофицированного такси... Господи, опять придется сделать отступление! Ну ладно, лучше уж сразу, не откладывая в долгий ящик...

Во-первых, жена Вальдемара – врач-ветеринар. Был момент, когда мы отчаянно искали ветеринара, не помню, о ком шла речь, о Каро или конях Славека, главное, что дело касалось крупного животного. Смущенный Вальдемар что-то там такое бормотал, мол, его жена занимается мелкими зверюшками, но о чем тут говорить, не в размере же дело! Мы бросились к ней, и оказалось, что она специалист по пчелам...

Во-вторых, дочь Вальдемара училась во Франции и вышла замуж за французского графа. Состоялась свадьба, Вальдемар привез фотографии, я посмотрела и презрительно фыркнула. Такая красивая девушка, и надо же выйти замуж за эдакое чучело, недокормыш какой-то, ни пес, ни выдра, да пусть хоть бы и наследник престола...

После чего молодые приехали в Польшу, меня пригласили в гости, я лично познакомилась с графом – и радикально изменила свое мнение. Какой очаровательный человек! Полный обаяния, интеллигентный, общительный, великолепно держится, с потрясающим чувством юмора, просто чудо! Я бы сама за него замуж вышла! Перестав удивляться вкусам дочки Вальдемара, я стала ей завидовать.