Как бы там ни было, настало время честно взглянуть на то, что я наделала.

Я вышла на улицу, не обращая внимания на учеников, игравших в регби на дальнем краю лужайки, хотя заметила, что некоторые смотрят в мою сторону, и услышала грязные смешки. Кто бы сомневался, Кортни разболтала; наверное, каждый вампир в школе знает, что я натворила. Злая, пристыженная, я торопливо помчалась в сторону каретного сарая — и остановилась, потому что увидела идущего мне навстречу Лукаса. Он заметил меня и поднял руку — почти робко. Мне захотелось убежать. Но Лукас заслуживал лучшего отношения, поэтому придется преодолевать стыд. Заставив себя пойти к нему навстречу, я окликнула его:

— Лукас? Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. — Под его ногами шуршали листья. Мы подошли друг к другу. — Господи, что случилось?

У меня пересохло во рту.

— Тебе не рассказали?

— Рассказали, но... получить по голове перекладиной? Серьезно? — Щеки его пылали от смущения. Кажется, он злился — то ли на беседку, то ли на земное притяжение, то ли на что-то еще. Мне и раньше доводилось присутствовать при том, как он теряет самообладание, но таким я его еще не видела. — Распороть себе шею о чугунные перила? Это самое неудачное... Я просто опошлил все во время первого же поцелуя с тобой!

Более храбрая девушка тут же поцеловала бы Лукаса еще раз, но я только смотрела на него во все глаза. В общем-то он выглядел прекрасно. Бледный, конечно, и на шее толстая белая повязка, но в целом такой же, как обычно. Я почувствовала на себе любопытные взгляды и старалась не обращать внимания на зрителей.

— Я думала... в смысле... мне показалось... — Чтобы больше не лопотать бессвязную чушь, я выпалила: — Сначала я подумала, что ты просто упал в обморок. Иногда я действую так на парней. Чувства слишком обострены, и они не выдерживают.

Лукас рассмеялся. Прозвучало это немного фальшиво, но все-таки он смеялся. Все действительно было хорошо, и он в самом деле ничего не помнил. Я облегченно распахнула объятия и крепко прижала его к себе. Лукас тоже обнял меня, и мы несколько минут постояли, обнявшись, и я могла делать вид, что ничего плохого не случилось.

Волосы его под солнцем сверкали, как бронза, и я с наслаждением вдыхала его аромат, так похожий на аромат окружавшего нас леса. Осознание того, что он мой, было чудесным — я могла обнимать его вот так, открыто, потому что мы принадлежали друг другу. И с каждой секундой воспоминания становились все сильнее: вот я его целую, вот ощущаю его руки у себя на спине, вот его солоноватая мягкая кожа у меня между зубов, вот горячая кровь хлынула в мой рот...

«Мой».

Теперь я знала, что имела в виду мама. Укусить человека так же просто, как сделать глоток из стакана. Когда я выпила кровь Лукаса, он стал частью меня, а я — частью его. Теперь мы с ним были связаны, но я не могла контролировать эти узы, а Лукас просто не мог их понять.

— Бьянка? — пробормотал он мне в волосы.

— Да?

— Вчера ночью... я просто взял и упал на перила? Миссис Бетани сказала, что они обломились, но мне кажется... Черт, я не помню. А ты? Ты помнишь?

Должно быть, снова пробудились все его прежние подозрения относительно «Вечной ночи». Правильнее всего было бы сказать «да», но я не могла себя заставить — уж слишком много вранья.

— Кое-что. В смысле все это было так неожиданно и беспорядочно, и я... думаю, я запаниковала. Все как-то сразу смешалось и перепуталось.