Изменить размер шрифта - +
Под орешником писал старый Лусио. Адамберг выждал несколько мгновений и присоединился к нему. Почесывая свой укус, Лусио смотрел на небо, затянутое облачной дымкой.

– Не спишь, hombre? – спросил он. – Ты справился со своей задачей?

– Почти.

– Трудно пришлось?

– Трудно.

– Мужчины, – вздохнул Лусио. – Женщины.

Старик отошел к живой изгороди и, вернувшись с двумя бутылочками холодного пива, открыл их зубами.

– Марии только не говори, а? – сказал он, протягивая пиво Адамбергу. – Бабы вечно с ума сходят. Это потому, что они любят доводить все до конца. А мужиков кидает из стороны в сторону, а потом они либо сварганят работу тяп‑ляп, либо вообще бросят. А вот бабы, понимаешь ли, упрутся и будут делать что задумали целые дни и месяцы напролет, даже пивка не хлопнут.

– Сегодня я арестовал женщину за минуту до того, как она доделала свою работу.

– Большую?

– Гигантскую. Она приготовила дьявольское зелье и во что бы то ни стало собиралась его проглотить. А я решил, что, может, и правда ей лучше выпить его. Чтобы ее работа была более или менее завершена. Правда же?

Лусио залпом осушил бутылку и перебросил ее через стену.

– Само собой, hombre.

Старик пошел домой, а Адамберг пописал под орешником. Само собой, hombre. Не то у нее до конца жизни будет чесаться укус.

 

LXV

 

– Вот тут, Вейренк, и заканчивается наша история, – сказал Адамберг, остановившись под высоким ореховым деревом.

Через день после ареста Арианы Лагард, не дожидаясь неминуемого скандала, Адамберг почувствовал неудержимую потребность обмакнуть ноги в воды Гава. Он взял два билета до По и потащил с собой Вейренка, даже не спросив его мнения. Приехав в долину Оссо, Адамберг повел его по скалистой дороге к часовне Камалеса. Теперь они приближались к Верхнему лугу. Вейренк ошарашенно смотрел на поле вокруг, на вершины гор. Он ни разу с тех пор не возвращался сюда.

– Теперь, когда мы избавились от Тени, можно присесть в тени ореха. Но ненадолго, мы знаем, чем это чревато. Просто чтобы покончить раз и навсегда с вашим укусом. Садитесь, Вейренк.

– Там, где я лежал в тот день?

– Ну скажем.

Вейренк прошел пять метров и сел по‑турецки в траве.

– Вы видите пятого парня под деревом?

– Да.

– Кто это?

– Вы.

– Да. Мне тринадцать лет. Кто я?

– Главарь банды из деревни Кальдез.

– Правильно. Что я делаю?

– Смотрите на то, что происходит, не вмешиваясь. Стоите, скрестив руки за спиной.

– Почему?

– Прячете оружие или палку, не знаю что.

– Вы видели позавчера, как Ариана вошла в мой кабинет. У нее тоже руки были за спиной. Она прятала оружие?

– При чем тут это. На нее надели наручники.

– Отличная причина, чтобы держать руки за спиной. Меня привели как козу на поводке. Потом привязали за руки к дереву – надеюсь, вы поняли, почему я не мог вмешаться.

Вейренк несколько раз провел рукой по траве.

– Расскажите.

Адамберг прислонился к стволу и вытянул ноги, подставив руки солнцу.

– В Кальдезе враждовали две банды. Банда с Источника, ее главарем был Шелудивец Фернан, и банда с Пруда, ею верховодили мы с братом. Драки, разборки, мелкие козни – нам было чем заняться. Но все же это были детские игры, пока не появился Ролан и еще несколько новобранцев. Банда с Источника превратилась в армию маленьких негодяев. Ролан собирался прижать к ногтю банду с Пруда и захватить власть в деревне.

Быстрый переход