– А как там обстояло с телом?

– Он им так и не воспользовался.

– Тоже плохо, – пробормотал Адамберг, закрывая глаза.

Данглар счел, что разумнее будет ретироваться к себе в кабинет, от греха подальше.

– Данглар, вы ее видите? – спросил Адамберг ровным голосом. – Тень?

Майор вернулся и посмотрел в окно, на дождь, от которого в комнате стало совсем темно. Он слишком хорошо знал Адамберга, чтобы подумать, что комиссар спрашивал его о погоде.

– Она тут, Данглар. Она заслоняет свет. Вы не чувствуете? Она окутывает нас, разглядывает.

– Черная меланхолия? – предположил майор.

– Наверно. Вокруг нас.

Данглар провел рукой по затылку, дав себе время подумать. Какая тень? Где, что, когда? После потрясения, пережитого в Квебеке, Адамберг вынужден был на месяц отойти от дел, и Данглар пристально наблюдал за ним. Он видел, как быстро тот восставал из руин, которые почти похоронили под собой ясность его ума. Казалось, все довольно быстро вошло в норму – в норму Адамберга, само собой. Данглар чувствовал, что страх вновь возвращается к нему. Может быть, Адамберг недостаточно далеко отошел от пропасти, в которую чуть было не свалился?

– И давно это с вами? – спросил он.

– Началось почти сразу после моего возвращения, – • сказал Адамберг, внезапно открыв глаза и выпрямившись на пенопластовой лежанке. – Она, может, и раньше меня подкарауливала, бродила тут у нас.

– Тут у нас?

– В Конторе. Это зона ее обитания. Когда я уезжаю в Нормандию, например, я перестаю ее ощущать. Когда возвращаюсь, она тут как тут, серенькая, скромненькая. Может быть, Молчальница.

– Это еще кто?

– Кларисса – монахиня, которую прикончил дубильщик.

– И вы в это верите?

Адамберг улыбнулся.

– Я слышал ее прошлой ночью, – сказал он с каким‑то даже удовольствием. – Она гуляла по чердаку, и ее платье шуршало по полу. Я встал, пошел посмотреть.

– И там никого не было.

– Во‑во, – ответил Адамберг, мысленно послав привет разметчику из Аронкура.

Комиссар обвел взглядом комнату.

– Она мешает вам жить? – деликатно спросил Данглар, чувствуя, что вступает на минное поле.

– Нет. Но эта тень нам счастья не принесет, поверьте мне, Данглар. Она не за тем сюда явилась.

– После вашего возвращения не произошло ничего особенного, разве что Новичок появился.

– Вейренк де Бильк.

– Он вас и беспокоит? Тень пришла вместе с ним?

Адамберг обдумал предположение Данглара.

– Ну, какие‑то неприятности он с собой принес, это очевидно. Вейренк родом из соседней долины. Он вам рассказал? О долине Оссо? О волосах?

– Нет. А зачем?

– В детстве на него напали пятеро парней. Они распороли ему живот и изрезали голову.

– И что?

– А то, что эти парни пришли из моей деревни. И Вейренк в курсе. Он сделал вид, что удивился, но на самом деле он все прекрасно знал еще до того, как попал в Контору. И лично я считаю, что именно за этим он к нам и пожаловал.

– За чем «за этим»?

– За воспоминаниями, Данглар.

Адамберг снова вытянулся на пенопласте.

– Помните медсестру, которую мы взяли два года назад? До нее я никогда старух не арестовывал. Мерзкая история.

– Она была чудовищем, – сказал Данглар дрогнувшим голосом.

– Ариана считает, что она – двойняшка.