— А они диплом об окончании техникума обещали! — откровенно признался Филя. — И новый дом у них сдается раньше вашего. В самом центре. И вообще!

— Как знаешь. Всего тебе хорошего. Если надумаешь вернуться, приходи, — сказал тренер, считая, что битва за Филю еще не проиграна: «Молодой парень! Что он понимает в жизни? Побольше благ урвать хочет. И побыстрее. Ничего. Еще можно поставить его на место».

В городском спорткомитете Николай Петрович долго доказывал, что его команда ничем не хуже коллектива электронщиков, что Филя сыгрался с его ребятами и для городского футбола будет лучше, если Филя останется у цементников. Да и с воспитательной точки зрения нехорошо развращать парня подачками и посулами.

— Вы во многом правы, — ответили тренеру. — И мы понимаем, что цементное производство — важная отрасль городской промышленности, но ведущей его отраслью все же является электроника. И будет закономерно, если сильнейшей в городе останется футбольная команда электронного завода. Тем более именно ей предстоит защищать честь города в областных соревнованиях. Вот так!

Обескураженный случившимся, Николай Петрович понял, что навсегда потерял Филю, от этого сник, помрачнел и совсем растерялся, столкнувшись в дверях с тренером команды электронщиков. Тот посмотрел на его лицо и громко засмеялся. Победная улыбка не сходила с лица тренера противников до тех пор, пока неожиданно для него не заулыбался Николай Петрович.

— А ты чего радуешься? — спросил тренер электронщиков.

— Да так, ничего! — загадочно произнес Николай Петрович, представляя, какое лицо будет у этого тренера, когда областная команда утащит у него Филю.

КИНОГИПНОЗ

У нас в конторе прямо после производственного собрания состоялась лекция о киногипнозе. Лекция необычная, и поэтому все остались на своих местах. На сцену вышел плотный мужчина с большой седеющей головой, высоким лбом и умными глазами.

— Профессор! — решили мы и не ошиблись. Он обстоятельно рассказал о своем эксперименте и предложил нашему вниманию гипнотический фильм.

В зале погас свет, и на экране показался сосуд, из которого по капле вытекала вода. Капля то увеличивалась в размерах, то уменьшалась, но каждый раз монотонно шлепалась на тарелку. Громко и под однообразную музыку. И так все двадцать минут. Затем зажегся свет, на сцену снова вышел профессор и попросил нас покинуть свои места, чтобы выяснить, кого этот фильм загипнотизировал. Вышли мы из рядов и видим, что в креслах остались три человека — расчетчица Олечка, старший экономист Перфильев и начальник нашей конторы Иван Степанович. И все трое спят. Мы зашумели, обсуждая происшедшее. Тут неожиданно проснулся Перфильев и протянул вверх руку, думая, что началось голосование. Оказалось, что он заснул еще во время собрания. А остальные двое загипнотизировались. Профессор вывел их на сцену и говорит:

— Вы — птицы! Летите, голуби, летите!

И вдруг Олечка и Иван Степанович замахали руками и стали плавно передвигаться по сцене.

— Как чувствуете себя? — спрашивает профессор.

— Чудесно! — отвечает Олечка.

— Изумительно! — восклицает Иван Степанович. — Хочется творить, даже дерзать. Еще никогда в жизни так великолепно себя не чувствовал!

— Где вы сейчас летите? — спрашивает у него профессор.

— Над Римом!

— А сейчас?

— Над Парижем!

— А в данный момент?

— Над Рязанью!

— Вот и хорошо.