Государственное просто обязано быть выше Личного! И уж совсем нам ни к чему о б щ е ч е л о в е ч е с к и е ценности, этот помрачающий народное сознание жупел, сочиненный в советологических лабораториях американских университетов и фондов, пополняемых «зелененькими» со штампом ЦРУ.

Опираясь на действия демократических законов, по которым должно развиваться общество, мы считаем заблуждением уповать на то, что вульгарное б ы т и е  о п р е д е л я е т  с о з н а н и е. Суровые мечтатели прошлого, в том числе и Учитель Сталин с его апостолами, догматически восприняли сие положение Маркса, отчекрыжили от слова б ы т и е определение о б щ е с т в е н н о е, пренебрегли развитием д у х о в н о г о начала, результатом чего и явился нынешний мелкобуржуазный з и г з а г.

Нет, в собственной практике мы обязаны сегодня и всегда опираться на оба начала — м а т е р и а л ь н о е  и  д у х о в н о е. Следует неукоснительно полагать и то, и другое жизненно важным, необходимым.

Но отсюда вытекает бесспорное утверждение о том, что духовное всегда н а ц и о н а л ь н о. Поэтому мы исключаем из повседневного обихода понятие и н т е р н а ц и о н а л и з м, которое спровоцировало геноцид в отношении русского народа, и будем обходиться в собственных отношениях с иными нациями понятием д р у ж б а  н а р о д о в.

Лазарь Моисеевич часто и поучительно останавливается на исторических фактах Великой французской революции. Именно тогда был выдвинут лживый лозунг «Свобода, равенство и братство». Его провокационно предложили поборники Мирового Правительства, которые спустя более чем столетие ввергли Россию в кровавый омут Первой мировой войны, поставили Державу на грань национальной катастрофы.

С в о б о д а сама по себе не имеет знака. Свобода может быть употреблена как во имя добра, так и во имя зла. Добровольное ограничение личной свободы есть непременное условие устойчивости общества, договорившегося о единых правилах государственного поведения.

— Это глубокая ошибка, — проговорил, вздыхая, Каганович, — подорвать авторитет государства. Государство должно быть авторитетным, и без государства не может существовать ни один народ. Государство должно быть сильным, крепким, демократическим, чтобы люди не боялись, интеллигенция не боялась, но вместе с тем необходимо какое-то соотношение между убеждением и принуждением. Без принуждения государства быть не может! Но должна быть и сила убеждения, сила идей. И в экономике тоже…

И добавил:

— Теперешние вожди и особенно их министры, как мальчишки в коротких штанишках. А то и вовсе засратые таки карапузы без штанов. Они, как детишки, представляют все это, как игру. Взял лопату и бей куда попало…

— Неужели моим соотечественникам неясно, что пресловутое р а в е н с т в о суть приманка, — продолжал читать вслух сочинитель, — на которую ловят доверчивых простаков говорливые демагоги, коварные слуги тех сил, которые с далеко идущими целями разрушают Российскую Державу?!

Люди по природе не могут быть р а в н ы м и. Но государство обеспечивает всем без исключения гражданам равенство перед законом.