Видя, что с угощением его покончено, Лазарь Моисеевич встрепенулся:

— Статью-то, статью, молодой человек, вы таки не дочитали!

— Хорошо, — просто сказал Станислав Гагарин и принялся читать дальше:

— Довольно часто бывает так, что тема выводит автора на иные, пусть и сходные сюжеты.

Видимо, нельзя представлять беседы с Кагановичем, не вспомнив при этом о Сталине.

Собственно говоря, ценность книги «Так говорил Каганович» не только в том, что это уникальная возможность из первых уст услышать о делах давно минувших лет, узнать оценку многое повидавшего человека тому, что происходит в нынешнем государственном доме.

Это еще и возможность сравнить прежние и нынешние государственные подходы к решению насущных задач, стоящих перед Отечеством, перед Российской Державой.

Наконец, это памятник такой понятной человеческой верности человеку, с которым работал наш герой, которого уважал, делил нелегкое бремя строительства нового государства. И оставался преданным Учителю до конца.

Подобное ныне встречается, к сожалению, редко. И у д и н ы серебреники не дают покоя сонму разоблачителей, осквернителей, гробокопателей, с глумливыми воплями выбрасывающих кости не сумевших защитить себя прежде могущественных и гордых предков.

Давайте хранить и обихаживать их могилы…

Можно, что угодно думать и говорить о бывшем местечковом кожевнике Лазаре Кагановиче. Нельзя лишь отрицать того, что был он одним из созидателей Великой Державы. И до конца вековой жизни остался верен Учителю, достойным апостолом которого был всегда.

Каганович не изменил Сталину, Христу и страдальцу Двадцатого века, как сделал это и у д а Хрущев, предтеча дьявольской перестройки и лживого н о в о г о мышления.

Честный Лазарь оказался достойнейшим учеником Сталина, и его исповедь, которую вы прочтете, вернет вас к образу Великого Вождя Великой России, ныне униженной и оболганной ничтожными пигмеями, которых неизбежно смахнет в мусорный ящик забвения Ея Величество История.

— Аминь, — заключил Каганович.

— Воистину так, — сказал Евгений Викторович. Станислав Гагарин взглянул на часы.

— Ого, — спохватился он. — Осталось две минуты, чтоб вернуться на Землю. Соотечественникам что передать?

— Пусть будут х о р о ш и м и русскими, — в один голос сказали Каганович и академик Тарле.

СПАСТИ ГАГАРИНА, ИЛИ ПОЧТЕННЫЙ УЧИТЕЛЬ КУН

Звено одиннадцатое

I

В Товарищество Станислава Гагарина приходили письма читателей.

Было бы несправедливым утверждать, что в почте вовсе не оказывалось писем кляузных, склочных.

Нечасто, два-три письма в неделю, но приходили капризные листочки с непомерными упреками то на м я г к у ю обложку, то на о с о б о е вложение, то на поврежденную при пересылке бандероль, хотя последнее вообще относилось к компетенции почты и Товарищества никоим образом не касалось.

Два-три неприятных письма в неделю на десятки и сотни восторженных посланий с разных концов Державы — соотношение, прямо скажем, радующее, и соратники неоднократно говорили Станиславу Гагарину о том, что напрасно шеф так близко принимает к сердцу столь редкие вопли недовольных с в а т о в.

Под сватами имелся в виду персонаж поговорки «Недовольному свату хоть кобеля в сраку».

При всем при том, наш сочинитель по-прежнему мечтал о том, чтобы л и ч н о ответить каждому читателю, хотя много поступало и чисто информативных извещений типа: я послал вам перевод, прошу считать меня подписчиком на «Русский сыщик» и на Библиотеку «Русские приключения».