Его голова безвольно поникла, и Эллен подумала, что он все-таки позволит себе припасть к ее плечу, но в следующее мгновение Тим выпрямился, и выражение его лица заставило Эллен похолодеть.

 – Послушай, – начала она тем же тоном, каким разговаривала со своими подопечными в Вашингтоне. – Не стоит лезть в драку, Тим. Ты слишком слаб сейчас. Он одолеет тебя.

 – Ладно, – процедил Тим сквозь зубы, соглашаясь. – Позже...

 – Никаких «позже»! – Она мягко тряхнула его, чувствуя, как напряжены его мускулы – от гнева или боли, она не знала. – Оставь его в покое. Это была подлая выходка, но если ты вздумаешь мстить, то лишь заработаешь неприятности.

 Тим хладнокровно рассматривал ее. Теперь его лицо вообще ничего не выражало. Для юноши его возраста такое самообладание было даже пугающим. Наконец он произнес:

 – Я в порядке. Оставьте меня, прошу вас.

 – Нет, ни в коем случае – я отвезу тебя домой.

 – Черта лысого вы меня отвезете! – взорвался он, отталкивая ее руку с носовым платком. – Прекратите же, ради Бога! Не хватало еще, чтоб вы вытерли мне нос и поцеловали в лобик. Милая картинка: заботливая мамочка хлопочет над своим маленьким мальчиком.

 Пошатываясь, он поднялся. Эллен не обиделась и по-прежнему была готова подхватить его, если он упадет. Но Тим удержался на ногах. Его походка была нетвердой, но он ни разу не оглянулся, когда уходил.

 Эллен вернулась на веранду. Остановившись на ступеньках, она обвела глазами ребят. Ни один не смог встретиться с ней взглядом, но того, кого она искала, среди них не было.

 – Где Боб?

 – В лавке, – пробормотала Джойс.

 – Я так и думала. Трус всегда остается трусом.

 Эллен вошла внутрь. За прилавком, сложив руки на груди, как исполинский языческий идол, высилась миссис Грапоу. И больше там никого не было.

 – Куда делся Боб? – требовательным тоном спросила Эллен.

 – Ушел через заднюю дверь. – Невозмутимости миссис Грапоу можно было позавидовать. Глядя на гневное лицо Эллен, она добавила, явно не к месту: – Вы знакомы с его матерью. Она святая женщина, хотя замужем за богохульником. Ни разу не пропустила воскресной службы. Благочестие дороже злата.

 – Может, она и святая, но вырастила скверного сына. Вы знаете, что он сделал?

 – Этот дьявол заслуживает худшего, – отрезала миссис Грапоу. – Ему еще мало досталось.

 Эллен была так рассержена, что не сразу нашла слова, способные пробить несокрушимое самодовольство лавочницы. Но потом нужная цитата пришла на память, и она произнесла ее вслух:

 – "Тот, кто без греха, пусть первым бросит камень..."– И с удовольствием отметила, что стрела попала в цель.

 Лицо миссис Грапоу медленно наливалось краснотой, пока не приобрело густой винный оттенок, а глаза ее, и без того крошечные, сузились до размеров булавочных головок. Эллен терпеливо ждала, предоставляя ей возможность ответить на выпад, но, очевидно, знакомство миссис Грапоу со Священным Писанием ограничивалось Ветхим Заветом.

 Круто развернувшись на каблуках, Эллен решительно направилась к выходу. У самых дверей она остановилась и намеренно громко, чтобы снаружи ее было слышно не хуже, чем внутри, произнесла:

 – Меня не волнует, что Тим успел натворить: никаким проступком нельзя оправдать трусливый самосуд. Если Тим совершает что-либо противозаконное – вызовите полицию, для того она и существует. И я вызову ее сама, если еще раз столкнусь с подобным насилием, кто бы его ни учинил.