– С которой вы вместе играли, когда вам было всего четыре года? И которая вопила как резаная, если ты пыталась забрать свои собственные игрушки? Помню. И также помню процессы над салемскими ведьмами, казненными лишь на основании показаний нескольких истеричных молодых особ.

 – Конечно, такие люди бывают опасными, – согласилась Пенни. – Но с ними все понятно. Нет, самое жуткое – то письмо, которое Чак Ятс получил из Гарварда. Ты знаешь, он повсюду таскает его с собой.

 – Это неудивительно.

 – Зато удивительно другое – что он вообще его получил. Сначала, когда Джойс рассказала мне, до чего этот парень тупой, я подумала, что кто-то над ним подшутил. Но он показал мне письмо.

 – И?

 – Оно на стандартном типографском бланке. Действительно из Гарвардского университета.

 В голосе Пенни звучало какое-то странное удовлетворение.

 – Я еще не видела подвеску Сью Энн, – продолжила она, – но мне ее подробно описали. Жемчуг настоящий – родители носили его к ювелиру. Никто из ребят не смог бы себе позволить такую дорогостоящую шутку.

 – Ты действительно многого достигла, – с уважением произнесла Эллен.

 – Вот почему мне пришлось купить всю эту кучу ягод, – объяснила Пенни. – Я должна была задобрить владельца сада. Он внезапно появился и начал орать на ребят, обзывая их бездельниками. Кстати, Джек ведь обещал приехать как раз сегодня, верно?

 Эллен отнеслась к перемене темы с заметным облегчением: у нее уже не было сил обсуждать таинственные совпадения.

 – Верно. Думаю, завтра он позвонит.

 На самом деле, она была уверена, что Джек не станет ждать так долго, и не ошиблась: телефон зазвонил уже вечером, около десяти. И едва заслышав знакомый голос, Эллен поняла, что все минувшие недели не изменили ее чувств ни на йоту.

 – Я в аэропорту, – объяснил Джек. – Не вытерпел. Что? Да, конечно, за мной прислали машину, и в данную минуту шофер расхаживает перед будкой, демонстративно поглядывая на часы, так что придется мне быть покороче. Ты можешь завтра приехать к ленчу?

 – Я – с радостью. Но ты уверен, что не будешь занят? Может, лучше к обеду?

 – Лучше всего и то и другое. Но при условии, что здесь и заночуешь. Я не хочу, чтобы ты возвращалась на машине так поздно.

 – Тогда пусть ленч, а там посмотрим, – сказала Эллен, махнув рукой на доводы здравого смысла. – Знаешь, здесь Пенни.

 – Эта чертовка? – спросил Джек, прекрасно слышавший шумное дыхание у параллельного телефона наверху. – Ну, если тебе не удастся от нее отделаться, так и быть, можешь захватить ее с собой.

* * *

 Джек отказался пойти к Говарду Джонсону, поэтому они назначили встречу в уютном французском ресторанчике Джорджтауна. Город неприятно удивил Эллен влажной духотой, насыщенной выхлопными газами, и каким-то поникшим видом. Но в ресторане, расположенном в тенистой улочке, их ждала приятная прохлада. И Джек.

 Ласково обняв сразу обеих, он язвительно прошелся насчет благотворного влияния деревенской жизни на их фигуры.

 – Хотела бы я сказать то же самое о тебе, – парировала Эллен. – Ты похудел, Джек.

 – Я согласен быть лысым, но сделаться еще и толстым – это выше моих сил. Ах, Эллен, ты выглядишь превосходно – лучше, чем когда-либо.