— Значит, мы отправимся по морю на другой конец Синего Раздела за сокровищами? — недоверчиво спросил Квентин.

— Не по морю, горец, — ответил друид, — а по воздуху.

Наступило молчание. В костре потрескивали ветки.

— На роках? — спросил Квентин.

— На корабле.

Снова наступило молчание. Удивился даже Предд.

— Но зачем мы вам нужны? — спросил наконец Бек.

— На это есть несколько причин.— Странник пристально посмотрел на юношу: — Потерпи немного и выслушай. Я никому этого еще не говорил. Я и сам еще не совсем разобрался в карте, там еще многое предстоит расшифровать. Мне нужен кто–то, с кем я смогу обсудить свои соображения, кто–то, кому я смогу доверить свои мысли. Мне нужны люди сообразительные, усердные, способные и смелые. Охотник Предд из таких людей. И мне кажется, что ты и Квентин — тоже.

Бек волновался все сильнее и сильнее. Друид продолжал:

— Чем полезен Предд — очевидно. Он бывалый летчик, и я хочу, чтобы наше судно сопровождали несколько Крылатых Всадников. Предд будет ими руководить, если, конечно, согласится. На этой должности ему придется самостоятельно принимать решения, действуя по обстоятельствам, а не ждать от меня распоряжений. — Говоря все это, друид пристально смотрел на Бека. — Чем полезен Квентин — тоже очевидно, хотя он этого еще и сам не понимает. Квентин — из рода Ли, старший сын, наследник волшебной силы. Мне некого больше пригласить в экспедицию, у кого было бы столько же волшебной силы. Раньше мы могли бы положиться на эльфийские камни, но они пропали вместе с экспедицией Каэля Элессдила. У ведьмы Ильзе есть сообщники, обладающие собственной волшебной силой. Кроме того, в экспедиции мы наверняка столкнемся и с иными формами волшебства. В одиночку со всем этим справиться трудно. Квентин должен мне помочь.

Горец смотрел на друида, словно тот бредит.

— Вы что, имеете в виду тот старинный меч, который дал мне отец, когда я стал считаться мужчиной? Это же просто символ! Меч Ли, передающийся из поколения в поколение. Его носил еще мой прапрадед Морган, когда воевал против Федерации за свободу дворфов. Все знают эти рассказы, но чтобы… чтобы…

Квентин не знал, что сказать, он недоуменно помотал головой и посмотрел на Бека, словно ища поддержки.

Снова заговорил Странник:

— Ты хорошо помнишь то оружие, Квентин? Ты ведь держал его в руках? Когда ты вынимал его из ножен, ты ведь наверняка обратил внимание, что меч в превосходном состоянии. А ведь ему несколько сотен лет. Чем ты это объяснишь, если не волшебством?

— Но он ведь ничего не может делать! — в отчаянии воскликнул Квентин.

— Ты пытался вызвать волшебство и не смог?

Горец вздохнул:

— Звучит глупо, но пытался. Я ведь слышал рассказы, и мне хотелось посмотреть, есть ли в них правда. Честно говоря, меч мне очень нравится. Баланс превосходный. И он действительно кажется совсем новым. — Квентин помолчал. На его лице читались сомнение и робкая надежда. — Он на самом деле волшебный?

Странник кивнул:

— Но он не творит волшебство по чьей–либо прихоти. Он действует только при необходимости. Нельзя пробудить его магию просто из любопытства. Обладателю меча должна грозить опасность. Его волшебная сила исходит от Алланона и теней друидов, которые предшествовали ему. Эту волшебную силу нельзя применить по произволу. Меч Ли очень полезен, но узнаешь ты это, только когда тебе придется вступить в борьбу с темными силами.

Квентин Ли ударил каблуком сапога о землю:

— Значит, если я пойду с вами, у меня будет возможность испробовать меч?

Друид не стал отвечать.