|
Но со стен Олы у меня не хватит высоты даже нормально стартовать. Мы должны хранить этот секрет, пока не сможем произвести настоящее впечатление. Если мне удалось соорудить такой аппарат, значит, Жрецу Луны это тоже по зубам. Поэтому я сказала тебе отправить солдат, а Малым следить за долиной. Конвей потер подбородок, окидывая горящим взглядом дельтаплан. Тейт подошла к нему и положила руку на плечо. — Сам подумай, нас уже и так считают ведьмами и колдунами, или кем-то похожим. Стоит всем это увидеть, как нас сразу же сожгут. Краем глаза Конвей заметил, как Ланта исподтишка осенила себя Тройным Знаком. Он ответил: — Да, нельзя, конечно, чтобы так все обернулось. — Естественно. Мы должны использовать это с умом, когда будем полностью уверены в нашей победе. А то дельтаплан может только нагнать страху. Глава 80 Стоило путникам выехать из-под прикрытия деревьев, на них обрушилась стена дождя. Вьючная лошадь, занявшая в короткой колонне место позади Тейт, везла дельтаплан, разобранный и похожий теперь просто на мешок с трубками. Повинуясь единому порыву, всадники остановились, глядя на далекие очертания Олы. — Больше всего я люблю ее именно такой, — проговорила Ланта, — неясной, растворяющейся в оттенках серого. Силуэты зданий, тонущие в легкой дымке, кажется, вот-вот совсем исчезнут. Словно природа стремится поглотить весь этот строгий камень и мрамор, как некогда поглотила проклятые места, «убитые Богом». Тейт и Конвей переглянулись, пытаясь скрыть пронзившую их боль — боль памяти о гибели огромных, не чета этому, городов. — Тейт! Нам надо поговорить. — Женщины обернулись на голос Конвея — Ланта с тревогой, Доннаси с пониманием. Поймав взгляд Ланты, Мэтт произнес: — Я не могу отпустить ее туда, не предупредив. — Ты насчет Налатана, да? С ним все в порядке? Он не ранен? — Голос и интонации Тейт выдавали страх чего-то более глубокого, более серьезного, чем телесная рана. Остановившись, Конвей развернул свою лошадь так, чтобы видеть ее лицо. Их колени почти касались. — Он ускакал без объяснений, и это всех удивило. В таких случаях люди всегда придумывают нелепые истории, соответствующие их представлениям. — Истории?.. — Их глаза встретились, но Тейт, казалось, не видела собеседника. Ее взгляд проходил насквозь, стремясь к далекому городу за его спиной. В этом взгляде сквозила такая лютая ненависть, что Конвею стало не по себе. — …Или историю? — продолжила Доннаси. — Сколько версий? Вопрос показался Мэтту по меньшей мере странным. — Не все ли равно? Это сплошные выдумки. — Бедный Мэтт! — Она ласково коснулась его щеки. — Множество слухов чаще всего ничего не значат. Один слух имеет какой-то источник. Пусть это выдумка, но выдумка, с которой все соглашаются. Не бывает дыма без огня. Все получилось совсем не так, как ожидал Конвей. Он понял бы ненависть или злобу, но грусть и сочувствие были тут совершенно неуместны. — Когда ты услышишь, то поймешь, что это просто выдумка. Говорят, будто Налатан попробовал подкатиться к Джалите, а когда она его отвергла, исчез. Согласись, это звучит глупо. Даже не думай из-за этих сплетен расстраиваться — и не позволяй ему, когда вернется. — Конечно. Со мной все будет в порядке. Правда, я ожидала чего-то в этом роде. — Тейт снова прикоснулась к его щеке, и у Конвея возникло ощущение, что она убеждает самое себя. Повернувшись к Ланте, она постаралась улыбнуться. — Как ты думаешь, мужчины — это проблема или источник всех проблем? Та улыбнулась в ответ. — Когда как. Трудно сказать. — Однако не расположенная обрывать разговор, не упомянув о самом главном, Ланта отбросила условности. |
