|
— Он указал на Джалиту. — Она была в этой лодке. — Мне не нужна пленная женщина Скэнов. Тебе должно быть известно, в Трех Территориях нет рабства. Отвези ее туда, где ей подобает быть. Хада улыбнулся. — Я так и поступил. Она принадлежит вам, — полуобернувшись, он сказал Джалите: — Говори, женщина. Джалита покачала головой. Из-под капюшона послышался ее робкий голос: — Я тебя знаю, Гэн Мондэрк. Знай, что я — Джалита, женщина племени Фор. Джалита отбросила назад капюшон. Гэн был уверен, что при этом стоявшие за занавесью зашевелились. И неудивительно: Джалита оказалась восхитительной красавицей. Ее зеленые глаза смотрели на него с надеждой и страхом, а на алых губах играла робкая вопрошающая улыбка. Ее белые зубы и белая кожа были обворожительны на фоне ниспадающих длинных волос цвета наилучшего вулканического стекла. — Я была пленницей жрицы, ужасного создания по имени Слезы Нефрита. Она служит ложному божеству, которого зовут Сосоласса. Я украла лодку, чтобы убежать, и Хада меня нашел. Стараясь продать голосу отеческие интонации, Гэн сказал: — Я приглашу кого-нибудь, с кем ты сможешь поговорить и успокоиться. Должно быть, тебе не слишком приятно рассказывать о своих приключениях двум мужчинам. Он прошел за занавес, где ждала вся группа, бывшая вместе с ним на стенах замка, и присоединившийся к ним Леклерк. Жестом Гэн приказал всем сохранить молчание и отойти от занавеса. Восстановив некое подобие порядка, Гэн сказал: — Нила, ты выйдешь вместе со мной. Отведи ее в сторонку и расспроси. — Ты что, в чем-то подозреваешь эту несчастную девушку?! — Я ничего не подозреваю. Просто ничего не принимаю на веру. И хочу побольше узнать. Нила с оскорбленным видом прошмыгнула мимо него. Гэн посмотрел на остальных в надежде встретить хоть какое-нибудь понимание с их стороны, и поспешил прочь от их холодных неодобрительных взглядов. Хада терпеливо ждал. Нила и Джалита, устроившись на стульях в самом дальнем от мужчин углу, уже вели оживленную беседу. Гэн указал Хаде на стул рядом с собой. Прежде чем развязать ремешок, на котором у пояса висел его меч, Хада подозрительно посмотрел на занавес. Церемониально положив на стол свой меч в кожаных ножнах, Хада крепко схватился за его середину. Гэн наблюдал за ним с откровенным любопытством. — Так, — сказал Хада, — Найонский воин клянется говорить правду, положив руку на самый важный в его жизни предмет. Я солгал тебе. Женщина не крала никакой лодки, она не совершала никакого побега. Мне ее передали, чтобы я доставил ее к тебе. Заплатили разными товарами. — Скэны тебе заплатили, чтобы ты ее сюда доставил? Она больна? Побледневший Хада еще сильнее сжал в своем кулаке ножны. — Нет, не думаю. Я не подумал, что… — Чудовищность этой мысли вызвала у него приступ удушья. — Так зачем ты мне об этом рассказал сейчас? — спросил Гэн. — Скэны считают, что Найоны просто торговцы без чести, что они готовы на все ради выгоды. Я думаю, что женщина — шпионка. Гэн Мондэрк хороший человек, настоящий воин. Я тебе помогу. Один раз. После этого ты — Мурдат, а я буду Найоном. Между нами будет честь, но не дружба. Но ты еще ничего не сказал. Слезы Нефрита удерживает у себя моего сына до тех пор, пока ты не примешь эту женщину. — Твоего сына? Заложником? Хада бесстрастно пожал плечами, но, несмотря на этот жест, он явно испытывал чувство гордости. — Он Найон. Он храбрый. — Джалита из народа Фор, — сказал Гэн, — они извечные враги Скэнов. И каким образом она смогла бы передать какие-то сведения отсюда Слезам Нефрита? Это невозможно. Джалита не может быть шпионкой. — Он рассеянно подергал себя за мочку уха. — Если только среди нас нет предателя, работающего на Скэнов. |
