Багинник замер, и Вася отпустила, откашляла воду, ощущая напряжение в мышцах и боку. Ее нос и рот были в воде. Несколько порезов открылись и кровоточили. Багинник понюхал ее кровоточащую кожу, Вася не двигалась.

Багинник сказал с удивительной мягкостью:

— Может, ты не бесполезна. Я не ощущал такой силы с тех пор… — он замолк. — Я отнесу тебя на берег, — решил он.

Вася прижалась к телу духа, обжигающе горячему. Она дрожала, конечности оживали. Она сказала с опаской:

— Что ты имел в виду, сказав, что я похожа на свою семью?

Багинник сказал, двигаясь по воде.

— Не знаешь? — его голос был подозрительно рьяным. — Когда — то старушка и ее близнецы жили в избе у дуба и ухаживали за лошадьми, что пасутся на берегу озера.

— Что за старушка? Я была в избе у дуба, там все разрушено.

— Потому что пришел чародей, — сказал багинник. — Юный и светлый мужчина. Он сказал, что хотел приручить коня, но завоевал Тамару, наследницу ее матери. Они плавали вместе в озере посреди лета, он шептал обещания в сумерках осени. И ради него Тамара надела золотую уздечку на золотую лошадь — Жар — птицу.

Вася прислушалась. Это была ее история, которую рассказывал дух озера из далекого царства. Ее бабушку звали Тамарой. Ее бабушка была из далекой земли, приехала на чудесной лошади.

— Чародей забрал золотую лошадь и покинул земли у озера, — продолжал багинник. — Тамара поехала за ним, рыдая, ругаясь. Она хотела забрать лошадь, злилась на себя за любовь к нему. Но она не вернулась, как и чародей. Он сделал себя великим на землях людей. Никто не знал, что стало с Тамарой. Старушка горевала, закрылась и защищала все дороги к этому месту, кроме дороги через Полночь.

Сотни вопросов крутились в ее голове. Вася ухватилась за первый:

— Что случилось с другими лошадьми? — спросила Вася. — Я видела несколько прошлой ночью, они были дикими.

Дух воды плыл какое — то время в тишине, и она сомневалась, что он ответит. А потом багинник сказал злым тоном:

— Ты видела тех, что остались. Чародей убил всех, что отошли от озера. Порой он ловил жеребят, но они не выживали долго — умирали или сбегали.

— Матерь Божья, — прошептала Вася. — Как? Зачем?

— Они — самые чудесные создания в мире. Чародей не мог кататься на них, не мог приручить или использовать. Потому убивал, — он едва слышно добавил. — Тех, что остались, старушка держала тут, в безопасности. Но она ушла, и их все меньше с каждым голом. Мир потерял чудо.

Вася молчала. Она помнила огонь и кровь Соловья.

— Откуда они? — прошептала она. — Лошади.

— Кто знает? Земля родила их, это создания магии. Конечно, люди и черти хотят приручить их. Некоторые лошади по своей воле принимают всадников, — добавил багинник. — Лебедь, голубь, сова и ворон. И соловей…

— Я знаю, что случилось с соловьем, — с трудом сказала Вася. — Он был моим другом и погиб.

— Лошади не выбирают глупо, — сказал багинник.

Вася молчала.

После долгой паузы она подняла голову и спросила:

— Ты можешь сказать, где Медведь заточил короля зимы?

— Давно, далеко и во тьме, что не меняется, — сказал дух воды. — Думаешь, Медведь оставил бы своему близнецу шанс вырваться?

— Нет, — сказала Вася, — не оставил бы, — она вдруг ощутила сильную усталость. Мир был большим, странным, сводил с ума.