Впервые сев на лошадь, почти сразу развенчала ещё один миф фэнтези — это неудобно и больно. Сидела я позади мага, крепко вцепившись в его спину, а лошадиный круп, вроде не костлявый, набивал мне синяки.

Мы выехали из Нурбока через массивные ворота. Теперь-то смогла во всей красе рассмотреть произведение средневековой фортификационной архитектуры. Устрашает! Представьте себе мощную, полтора метра толщиной, кладку, тяжёлые, давящие своды ловушки перед воротами, где с одной стороны решётка, с другой — решётка, а наверху — дыра для смолы. Её поджигают и выливают на голову врагу, и деваться тому некуда.

Проезжая под рядом острых кольев, невольно поёжилась. Вдруг верёвка не выдержит, оборвётся и пригвоздит меня к лошади?

Решётка вызвала схожие ощущения. Такая и лошадь в лепёшку превратит, никакая магия не поможет.

Стражники оживились при виде Свена, охотно перебросились с ним парой слов, кивнули на меня. Ага, значит, верно уловила общий смысл беседы: я, какая-то ведьма и помощь в неком деле. В каком — без понятия, словарного запаса не хватает. Хотя вряд ли я запомнила бы столько иностранных слов на стандартных курсах, жизнь, она, по меткому изречению, — лучший учитель.

Наконец, старший караула махнул рукой, и нас пропустили.

Дорога вилась между живописных заборчиков и терялась где-то за грядой холмов. То там, то здесь на горизонте мелькали башни замков — никогда бы не подумала, что их в Галании столько! И как только из-за земли не перессорятся!

Обычные дома тоже встречались. Даже с подворьями. Все сплошь крытые тёсом или соломой.

Дороги в Галании, разумеется, не чистили. Проедет карета, проскачет всадник — вот и хорошо. До нас тут протоптали широкую тропу, так что лошадь резво бежала рысцой. Зато на обочине поджидали глубокие сугробы.

Поневоле взглянула на солнце — скоро сядет. Неужели мы заночуем в том таинственном месте? Выходит, что так, потому что вернуться обратно засветло не успеем.

Свен отказывался отвечать на вопросы, только просил держаться крепче и молчать, пока не спросят. Надувшись, замолчала, рассматривая пейзаж. Нетронутая природа, огромные заснеженные поля…

За холмами оказалась долина с серебристой гладью реки. Над ней довлел огромный замок, я таких никогда не видела, разве что на картинке. Возле его стен выросла деревушка или даже маленький городок. Нос ощутил запах паленой шерсти и сдобы. Поневоле сглотнула слюну: Свен перед отъездом не удосужился меня покормить.

Дорога, она же главная деревенская улица, взбиралась на явно насыпной холм над рекой. Снег здесь превратился в смесь соломы, помёта, земли и природных осадков. Всё это замёрзло и грозило превратиться в гигантский каток.

Между домов сушилось бельё. Затянутые бычьими пузырями, а не слюдяные или стеклянные, как в Нурбоке, окна пропускали наружу тепло и покрылись сосульками.

Кое-где побелка отвалилась, обнажив планки, глину и солому, которыми утепляли жилища. В российских деревнях кое-где ещё строят по такой технологии. Берётся сруб, его обшивают решёткой реек, замешивают специальную смесь и шпателем наносят в «соты», замазывая каркас. Потом выравнивают и штукатурят. Тут, конечно, меньше заботились о внешнем виде домов, делали не так аккуратно, но суть от этого не изменилась.

О, а вот и собаки, как же без них! Какая-то шавка выскочила на дорогу и облаяла нас. Свен на неё цыкнул, замахнулся хлыстом, и собака юркнула в проулок. Но лаять не перестала.

Пожалела, что под рукой нет тетради и карандаша, а то бы зарисовала! Не собаку, разумеется, а деревушку-городок.

Свен зорко посматривал по сторонам, а потом вдруг нахмурился. Проследив за его взглядом, поняла, что внимание мага привлекла какая-то старуха. Закутанная в серый пуховый платок, со связкой хвороста на плечах, она никак не могла попасть ключом в замок.

Поначалу я решила, будто Свен проникся состраданием к старости, но быстро поняла, что ошиблась.