Опять же, прибить кого-то из нас в обычной жизни достаточно сложно. Ни я, ни Магистр не имеем привычки подолгу сидеть на одном месте. Кевин такую привычку вроде бы имеет, но место, на котором он сидит находится в центре его империи, и там его вообще фиг достанешь.

Мало того, что он сам — имба, каких еще поискать, так там еще и охраны, как в… фиг знает, даже аналог подобрать сложно. Даже Форт Нокс так не стерегут, наверное.

— Давайте рассуждать логически, — не сдавался Федор, чьи мысли, видимо, текли в том же направлении. — У кого из вас есть враги?

Я вздохнул.

— Чапай, тебя я даже не спрашиваю, — сказал Федор. — Кевин?

— Моими явными врагами полнятся имперские кладбища. А тайные враги, полагаю, есть у всех. Но на то они и тайные, чтобы я ничего о них не знал.

— А я вообще самый миролюбивый и солнечный человек в галактике, — мрачно сказал Магистр. — Даже представить не могу, кто бы мог желать мне зла.

— Тебе бы с такими шутками в стендапе выступать, — сказал Федор.

— Есть очень простой способ выяснить, кто был основной мишенью, — сказал Магистр. — Для этого надо всего лишь разделиться после прохождения данжа.

— И кого убьют, тот и был основной мишенью, — согласился я.

— Одно из самых тупых предложений, которые я слышал, — не согласился Федор. — Это как в дурацкий фильмах ужасов, когда компания молодых людей находит заброшенный старый дом с заколоченными окнами. Там везде пыль, паутина, выцветшая кровь на коврах и засохшие кишки развешаны по стенам, из подвала доносятся зловещие завывания и кто-то ходит на чердаке, а они решают разделиться, чтобы быстрее все тут осмотреть. Соответственно, их и начинают выпиливать по одному, и все они умирают жуткими, медленными и мучительными способами. С отрыванием конечностей, литрами льющейся крови и…

— И достаточно, — сказал я. — Я думаю, все уже поняли твою мысль.

— Словом, я не хочу разделяться, — сказал Федор. — Если уж я попал под удар за компанию, то пусть эта компания меня дальше и охраняет.

— Нам все равно придется, — сказал Магистр. — У меня есть кое-какие дела, которые я должен сделать в одиночку, без свидетелей.

— Опять девственниц расчленять собрался? — если бы это произнес не Кевин, знакомый с Магистром тысячу лет, я бы не сомневался, что это шутка.

Или если бы Кевин был трезв.

А так… фиг его знает, на самом-то деле.

— Что-то вроде того, — отмахнулся Магистр. — В любом случае, мне нужно пару дней, чтобы все уладить, а дальше я полностью в вашем распоряжении, так сказать.

Очень на него похоже. Сначала он вопит, что все пропало и надо спасать мир, а потом заявляет, что у него дела, и свинчивает в неизвестном направлении.

— Не проблема, — сказал я Федору. — Я всегда буду рад твоей компании.

— Нет, — твердо сказал Федор. — Рядом с тобой даже Брюс Виллис не выжил бы. Даже если на него бронежилеты в три слоя надеть.

Я развел руками.

— Значит, остался только я, — констатировал Кевин. — Не проблема. Я могу взять тебя с собой в империю.

Федор просиял.

Пожалуй, из всей нашей компании больше всего он уважал и ценил именно Кевина. И не потому, что тот был богом-императором, правящим железной рукой.

Кевин был его коллега, собрат по искусству, боевой маг, не просто добравшийся до вершин, а сам эту вершину построивший.

Ну, как коллега… Федор постоянно учился.