Удар выложившегося по полной Ворошилова был страшен и пришелся на уже ослабленную боевой магией фейри плоть -- несколько минут назад даже этого было бы мало, и осознано владеющий своей силой бог в лучшем случае получил бы царапину на шкуре, а скорей всего его защита даже не допустила луч до тела. Но вот незадача: бог не осознавал себя, не мог управлять подвластной и все еще наполнявшей тело мощью, и вообще сейчас вместо бога на каменном полу лежало пусть очень могучее, огромное, до предела наполненное магией, но не обладавшее и сотой частью прежнего потенциала существо -- гигантское тело без разума и души. Плоть под ударом маунта вскипела и пошла пузырями как кожа, когда на нее выливают кислоту. Затем пузыри исчезли, и плоть приобрела черный горелый вид, а после на черное пятно рухнула многотонная набравшая инерции падения махина, и раздался жуткий треск -- намертво сожженная плоть бога не выдержала и раскрошилось на пять метров в глубину.

Продавиться-то плоть продавилась, но не достаточно для планов Дримма, и соскочивший с маунта фейри начал копать, яростно и быстро вонзая Убийцу в черную горелую плоть, плоть поддавалась, но фейри приходилось не легко -- все-таки несмотря ни на что это плоть бога, пусть он и не может (пока) защитить себя. Дримму помогали: рядом не менее яростно работала мечом Дочка, а Ворошилов теряя зубы вырывал целые куски своей огромной пастью и по-собачьи орудовал всеми шестью когтистыми лапами. Что касается Послушного, то самый первый и в то же время самый слабый из спутников фейри не мог рвать даже такую обожженную почти до состояния пепла плоть, но гораздо более умный чем обычная собака пес нашел выход как помочь и оттаскивал прочь уже вывороченные куски, освобождая место тем кто копал.

Тем временем с раной-ожогом, да и с тем что было внутри гигантской  головы творились интересные дела: занятый раскопками фейри не видел этого, тем более у него уже пропал ''Взгляд'', но огромный в четверть гигантского туловища ожог уменьшался и бледнел по краям, ну а развороченные мозги темного бога робко колыхались-ворочались у него в голове и постепенно превращались из замешанного на крови густого бульона в некое подобие того, что недавно уничтожил взрыв -- пока получалось плохо, но когда-то должно было получиться хорошо. Началась гонка: или бог осознает себя и стряхнет наглых букашек со свой зажившей груди, или букашки успеют раньше и доберутся до того что сохраняет его в живых, залечивает его раны и восстанавливает полностью разрушенный мозг.

Целых десять минут продолжалась безжалостная гонка: Дримм успел стереть себе руки в кровь, поссориться и помириться и вновь поссориться с недовольным тем как его используют Убийцей; черная как сапожник Дочка затупить не тупившийся огненный меч; Ворошилов потерять все свои зубы и когти на двух задних парах ног; ну а Послушный ослепнуть от едкого пепла. Даже не осознающий что борется за свою жизнь темный бог тоже не терял времени даром: в два раза уменьшилось обожженное пятно, а под мечами, когтями и клыками копателей все чаще встречалась восстанавливающаяся плоть. Что же касается головы бога, то там уже не было бульона, а кипел и активно собирался пусть пока и не работающий, но уже практически полноценный мозг.

И все-таки гонку выиграл фейри! Убийца отломил очередной обожжённый кусок и вскрыл свеженаросшую и неожиданно сильно брызнувшую кровью плоть, а затем фейри словно ударил электрический разряд. Вскрикнул от боли Убийца, а Дримм хлопнулся на задницу и несколько секунд не мог встать или хотя бы что-то сказать. Но думать фейри мог, а значит мог и отдавать спутникам приказы, и к тому моменту как он отошел и сумел трясясь всем телом встать, подоспевшая Дочка уже очистила находку отца от лишнего мяса и, всунув сбоку меч, выворачивала, вернее почти вывернула красный до черноты, пульсирующий шар, размером и формой напоминавший 20-и килограммовый арбуз.