|
Присоединился к работе и Дримм: отбросил теперь уже мешавшего Убийцу и перевязь с пребывающим в нирване Крохобором и спрыгнул в узкую по колено заполненную кровью ямку, помог Дочке навалиться на меч-рычаг, а затем, встав на корточки и обхватив трепещущий, слабо бьющий током ''арбуз'' руками, начал его тянуть, скручивая прямо как капустный кочан. Удивительно маленький для такого огромного тела источник жизни сопротивлялся до конца. Но сила силу ломит, и в конце концов фейри с хрипом встал -- арбуз был у него в руках, а радостно взвизгнувшая Дочка шустро перерезала последнюю связь, что соединяла вырванное из груди темного бога сердце с его же задрожавшим телом, а затем помогла отцу выбраться наверх.
Фейри сжимал все еще продолжавшее биться сердце и чувствовал, хотя скорее прозревал, вновь получив подсказку из глубин свой души или фейрийской сути, не важно, главное -- он еще не победил. Да, сердце-источник жизни бога у него в руках и больше не питает энергией тело, но пока оно есть и бьется, жив и бог -- минута, может быть меньше, ожог зарастет, и разум вскоре вернется к Пожирателю Кишок. Дримм чудовищно устал за этот бой и морально, и физически -- он уже не мог искать сложных путей, а потому пошел самым простым: вцепился в ритмично стучавшую плоть зубами, пожирая сердце бога кусок за куском и глотая оторванные куски не жуя. Спутники фейри попытались ему помочь, но не очень удачно, и если вцепившаяся с другого боку Дочка смогла оторвать и проглотить несколько кусков, то Ворошилов не смог и этого, только слизнул выступившую кровь и тут же отвалил ревя от боли, да и Дочка вскоре рухнула на землю и забилась в падучей покраснев. Подполз слепой облезающий Послушный и оторвал снизу крохотный кусочек, а затем забился-завыл рядом с похожей на огненного элементалея Дочкой, Ворошилов свернулся в клубок, огромный бронированный шар, и молча страдал. И лишь их общий отец-господин, светящийся золотом фейри с черными как антрацит глазами все ел, ел, ел и ел и остановился лишь тогда, когда проглотил последний кусок. Фейри. Нет!!! Не просто фейри, а нечто неизмеримо большее посмотрело на мир вокруг себя. Его не имевшему преград взгляду теперь было открыто все: толща камня на километры вниз, весь внешний и внутренний чертог, рудник и самая малая забытая всеми шахта, Великий лес и Гоблинские горы на много дней пути. Но больше всего чувствовавшего себя всемогущим фейри занимало тело, на котором он стоял -- лишенный разума и источника своей силы бог умирал, но никак не мог умереть. Фейри милостиво решил ему помочь: знал, мог и сделал -- все еще кипевшая в темном боге сила начала убывать, просачиваясь сквозь поры дрожащего в предсмертной агонии тела -- теперь и только теперь действительно было все. Затем взгляд убийцы бога упал на трех умирающих у его ног существ, что не могли в отличие от него переварить божественную плоть. Мысль, одна лишь мысль черноглазого фейри и существа перестали умирать. А затем способный если не на все, то на многое фейри обратил свой взор внутрь себя и с трудом нашел свою внешнюю суть, которая откликалась на имя Дримм и слился с ней, выталкивая ее на поверхность, а сам уходя в глубину, чтобы переварить то, что он взял в этом бою. <emphasis/> Очнулся Дримм не надолго, но все важное успел: успел порадоваться за вкусивших тела бога и возвращавшихся к жизни спутников, что станут сильней; успел проинструктировать что делать с гигантскими останками ворвавшихся в тоннель- коридор соратников по клану; их же предупредить какие опасности несет внутренний чертог; и даже глянуть на свои взбесившиеся настройки. А затем фейри упал и засиял ярким и жарким золотом, что плавило все вокруг него. Спустя пару часов золото потускнело и уже не так жгло, но даже тогда только горевшая собственным красным огнем Дочка смогла приблизиться к находившемуся в беспамятстве отцу и вынести его обнаженное тело прочь из тоннеля. |
