Не заботясь о собственном спасении, начальник снял с себя тунику и попытался сбить огонь. У него это никак не выходило, потому что рук было только две, а огонь разгорался со всех сторон. В отчаянии от того, что погибают бесценные документы, он обжигал себе руки, выхватывая из огня еще не обуглившиеся свитки. Он не в силах был даже кричать — дым забил ему все легкие. Если бы не подоспела помощь — дворцовая стража заметила дым, — он бы погиб…

Собек, официально считавшийся при смерти, работал только с двумя-тремя верными и преданными ему сотрудниками, которых он обучал еще со времени реорганизации стражи. Они были знающими, толковыми и неразговорчивыми, абсолютно надежными и верными товарищами. Чтобы не вызывать подозрений у остальных служащих дворца, частые посещения Собека маскировались как уход за больным…

— Сегодняшняя террористическая акция чрезвычайно нагло и умело выполнена, — отрапортовал один из верных помощников Собеку. — Она, разумеется, произведет на горожан большое впечатление. Нападение совершено среди бела дня и на государственное управление, которое охраняется большим числом опытных воинов. К счастью, жизни раненых ничего не угрожает. Но это наглое покушение на государственность Египта потрясло даже самих заговорщиков. Один из них прислал нам письмо, где выдает своих товарищей. Нам теперь известны не только имена преступников, но их адреса!

— Этой информации можно верить? — удивленно спросил Собек.

— Мы проверяли, сведения подтверждаются. Но я полагаю, что мы применим прежнюю тактику и не будем вмешиваться?

Визирь обдумывал ситуацию. Ему нельзя ошибиться — слишком много поставлено на кон…

— Обычно они организуют свои нападения серийно, — медленно произнес он. — На этот раз мы имеем дело с изолированным ударом. Плюс выдача заговорщиков… Это невероятно… Проверка?.. Да, именно проверка! Тот, кто возглавляет подпольную организацию, прощупывает нашу реальную способность к действию. Если мы останемся безучастными и инертными перед лицом такой наглой вылазки, то… он сочтет это отношение ненормальным, почует западню и… не станет начинать главного наступления! Нам на редкость повезло, что мы наконец вышли на верный след, и нельзя упускать такой шанс. Поэтому мы попытаемся арестовать преступников. Ты не ослышался: я сказал «попытаемся»!

Лакомясь паштетом из гусиной печенки, ливанец слушал отчет своего привратника.

Так, сработало… Вооружась приказом, стража мечется по городу, окружая дома террористов, которых об облаве никто не предупредил. Хорошо… Он специально устроил эту проверку. Вот и хорошо, проверка так проверка, по всем статьям!

Действия стражи были несогласованны, имели место недоразумения между начальниками отдельных подразделений, их тактика была противоречивой, поэтому ничего не вышло. Тем не менее встревоженные облавой часовые подняли отряд по тревоге. Люди стали уходить, и одного из соратников пришлось прикончить — он был слаб и болен. Как бы там ни было, уход из-под носа стражников удался, и отряд сохранил свои силы. Воинов можно было поздравить.

Так, теперь о выводах…

Ну, во-первых, у стражи не было никакого серьезного следа. Поэтому, доверившись первому попавшемуся письму, она бросилась туда, куда ее послали. Во-вторых, Собек-Защитник явно не управлял действиями своих стражников, потому что отряды стражи выглядели неорганизованно, сообщение между ними — хаотичным, а действия — несогласованными. Видимо, все же верно то, что стража предоставлена сама себе.