— Что ты думаешь о служителе КА? — спросил Безволосый.

— Это прекрасный постоянный жрец. Он безупречен и сознательно исполняет свои обязанности. Но из-за его дурного характера и его нелюдимости мы не часто с ним видимся.

— В его поведении не было ничего необычного? Хотя бы в последнее время? — настаивал секретный агент.

Бега, казалось, был удивлен.

— С моей точки зрения, ничего. Абсолютно ничего! Правда, ходят какие-то безумные слухи… Но не могу же я знать все, что происходит!

— Заговорщики, проникшие на Абидос, убиты, — сказал Безволосый. — Но, увы, их главарю удалось бежать…

— Главарю… Ты хочешь сказать…

— Провозвестнику, скрывавшемуся под именем Асхера.

Бега искусно разыграл недоумение и растерянность.

— Как, Провозвестник — здесь? Но это невозможно!

— Опасность уже миновала, — успокоил его Безволосый. — Таинства месяца хойяк будут проведены, как положено.

— Я совершенно сбит с толку, — признался Бега. — Но теперь я еще лучше постараюсь исполнять свою службу.

— «Провозвестник — здесь…» — продолжал бормотать он, выходя из комнаты, где велся допрос.

— Суров, но наивен, — заключил Безволосый. — Этот старый ритуальный служитель не заметил, что силы зла атаковали Абидос. Он занят исключительно своими делами. Он слишком далек от внешнего мира.

— И все-таки я продолжу свое наблюдение за его действиями и поведением, — решительно произнес Секари.

— Лучше займись служителем КА. Как только он мог столько лет злоупотреблять нашим доверием?! Такая двойственность натуры меня повергает в изумление. Нельзя ли его немедленно арестовать?

— Нельзя, и на то есть три причины. Первая — нам нужно формальное доказательство его преступления, потому что он будет все отрицать. Вторая — за это время мы узнаем, какую миссию поручил ему Провозвестник, а стало быть, то, каким образом Провозвестник нападет на Дом жизни. И, наконец, третья — мы должны узнать, нет ли еще заговорщиков.

— Какая тревожная программа, — вздохнул Безволосый. — Главное, не потеряй его из виду.

— Брат мой по Золотому кругу Абидоса, даю тебе слово.

Месяц хойяк, день пятнадцатый (3 ноября)

Абидос

В течение всей ночи Исида возливала воду Нун на мумию Икера. При этом она старалась действовать так, чтобы избегать переизбытка возрождающей жидкости — источника роста новых органов внутри тела Осириса.

Предчувствуя трудности, которые придется испытывать молодому солнцу при выходе из царства тьмы, она смотрела в небо.

Созвездие Бедра сияло непривычно ярко. Это гнев Сета пытался разбить алхимические металлы, составляющие космос, и не допустить роста минералов и растений.

— Смирись! Умолкни, агрессор, пьяница, чрезмерный во всех своих проявлениях! Успокойся, буйный сеятель беспорядка, все разъединяющий и разбрасывающий! — заклинала Сета верховная жрица Абидоса. — Солнце ночи отражает твои атаки и усмиряет твой бунт! Ты не сможешь помешать алхимической работе звезд, превращающих свет в жизнь. Небо и звезды послушны Осирису, они исполняют его желания. Око Хора, сына Осириса, не будет умерщвлено!

Черные тучи закрыли собой луну, загремел гром, и ударила молния.

Потом небесный свод снова заблистал тысячами огней, таких мирных и безмятежных.

Настал момент умастить мумию Икера притираниями почитания. Это позволит ему жить вместе с богами, узнать подлинную чистоту вдали от какого бы то ни было тления. Это отведет смерть.

Исида смешала золото, серебро, медь, свинец, олово, железо, порошки сапфира, гематита, изумруда и топаза.