– Что случилось? – спросила Чина сонно. – Куда ты?

– На палубу. Фрэзер почему-то опустил паруса, и я хочу знать, в чем дело. Еще слишком рано, чтобы выправлять курс. – Он натянул штаны и наклонился, чтобы ее поцеловать, но Чина уже сидела на кровати: кошмары последних нескольких недель, без сомнения, не были ею забыты.

– Я иду с тобой, – заявила она решительно и спрыгнула на пол.

– Как хочешь, – сказал Этан. Было еще слишком темно, чтобы видеть его лицо, но у Чины закралось подозрение, что он улыбается. – Только накинь на себя что-нибудь: я не желаю, чтобы моя жена разгуливала по палубе в чем мать родила.

Он не стал ее дожидаться. У нее между тем ушло довольно много времени на то, чтобы зажечь свет и облачиться в смятую и разбросанную по каюте одежду. Будучи слишком взволнована, чтобы возиться с кринолинами, она подобрала руками свои длинные юбки и поспешила по коридору, стараясь не шуметь возле двери, за которой спали Брэндон и Филиппа.

На палубе царила приятная прохлада, хотя своими босыми ногами она чувствовала тепло досок, не успевших за ночь окончательно остыть. Сперва ей показалось, что она не видит в темноте ничего, потому что луна уже зашла. Когда же ее глаза привыкли к тусклому свету звезд, она разглядела, что совсем рядом с бортом «Звезды Коулуна» маячили знакомые контуры другого корабля – «Авроры Д.». И ощутила испуг.

Господи помилуй, что занесло Горацио Крила в Яванское море?

И тут Чина вспомнила, что Дэймон послал его в Тимор, чтобы тот подал португальскому губернатору официальное заявление относительно захвата пиратами шхуны «Мальхао».

Возможно, капитан Крил уже слышал в Тиморе о бадаянской катастрофе. Сейчас же он возвращался домой и, встретив по пути неторопливо плывшую «Звезду Коулуна», остановился, чтобы узнать новости.

В своих предположениях Чина была права только частично. Капитан Крил покончил со всеми делами в Тиморе еще несколько дней назад и уже успел побывать в Сингапуре, оттуда намеревался отбыть на Бадаян. И там-то, а вовсе не в Тиморе, ему стало известно о трагической гибели Дэймона и Мальвины Уоррик и о разрушении плантации «Царево колесо». Узнав, что оставшиеся в живых другие представители Уорриков были доставлены в Джакарту, он поднял паруса вместе с приливом и взял курс на Яву, прихватив с собой пассажира, который страстно умолял капитана доставить его к Уоррикам.

Услышав позади легкую поступь своей жены, Этан прервал беседу с молодым офицером, который тут же исчез в темноте.

– Этан, что случилось? – спросила встревожено Чина. – И что это делает капитан Крил? Он что, уже уходит?

«Аврора Д.» в это время делала разворот вправо. При свете звезд ее еще не свернутые паруса казались серыми.

– Нет, он просто хочет отойти на некоторое расстояние, поскольку решил не беспокоить нас более до утра.

– Почему? Что он сказал тебе?

– Да ничего. Просто узнал, что ты с детьми находишься здесь и все в полном порядке, и пообещал любезно больше не тревожить нас. Мы встретимся с ним ровно в восемь. Кстати, с ним прибудет сюда и некий джентльмен, желающий повидаться с тобой.

– Какой джентльмен? Кто бы это мог быть? Этан, ты что-то скрываешь? Клянусь, что ты...

– Самый невыносимый тип, которого ты когда-либо встречала? – Его глаза сверкали дьявольским блеском, когда он повернул к ней свое лицо.

Чина не могла удержаться от улыбки.

– Я вовсе не это хотела сказать, хотя ты и прав, дав такую оценку себе. А теперь будь добр объяснить мне, что здесь происходит?

Этан отвернулся от перил и, не обращая внимания на стоявшего неподалеку вахтенного, крепко прижал ее к себе. А потом засмеялся таким смехом, которого Чина от него никогда не слышала: открытым и беззаботным, – и она невольно сама засмеялась.