– Я бы мог отправить тебя в тюрьму за покушение на мою жизнь, дорогая, но, поразмыслив, решил, что вина за случившееся ложится на меня одного: ты не пошла бы на такие крайности, не напугай я тебя до полусмерти.

– Очень мило с твоей стороны!

– А разве не так? И я не вижу причин, почему бы нам не позабыть этот неприятный инцидент, после того как ты согласишься выйти за меня замуж.

– Но я вовсе не собираюсь выходить за тебя замуж, – проговорила Чина твердо.

В ответ он засмеялся легко и беспечно.

– Ты что, забыла, что ты еще несовершеннолетняя и потому не вправе принимать такие решения?

– Нет, я не забыла, – сказала Чина. В ее глазах появился огонек, который мог бы насторожить любого, кто знал ее по-настоящему. – А вот ты, судя по всему, забыл, что мои родители еще живы, и если бы даже я и захотела вдруг выйти за тебя замуж – к чему я, однако, никак не стремлюсь, – то все равно не смогла бы сделать этого без их согласия.

– Похоже, так оно и есть, – признал Фрэдди после минутного раздумья. Он был уязвлен тем, что, откровенно говоря, совершенно упустил из виду данное обстоятельство, Чина, которая уже была сыта этим странным, неприятным для нее диалогом, решительно положила их беседе конец, сдержанно кивнув кузену головой и молча удалившись.

«Надо же такому случиться!» – думала он в бешенстве. Фрэдди, наверное, окончательно лишился рассудка, если рассчитывает, что она согласится когда-нибудь выйти за него замуж. Его поведение только усилило ее уверенность в том, что Анна права и что чем быстрее она покинет Англию, тем лучше. А пока что ей следует уповать только на то, что она сумеет все же убедить Фрэдди, что нет никакого смысла настаивать на этом браке, что бы он ни говорил, что бы ни делал, это все равно ни к чему не приведет.

Однако она глубоко заблуждалась относительно Фрэдди. Чувствуя себя униженным и оскорбленным и твердо решив, несмотря ни на что, довести до конца дело, ее кузен вернулся к себе в комнату. А полчаса спустя он вновь появился внизу и в резких выражениях велел подать ему экипаж. Когда же распоряжение его было выполнено, он обратился к кучеру с несколькими краткими указаниями и затем разместился со вздохом на кожаных подушках, приготовившись провести дневное время в местечке под названием Тунбриджский источник в компании некоего подозрительного типа по имени Джек Вейр, недавнего обитателя Ньюгетской тюрьмы. Их встреча состоялась в одном малолюдном притоне, удаленном от главных почтовых трактов, и длилась она недолго. В конце ее Джек Вейр получил внушительную сумму денег, после чего оба джентльмена разъехались в разных направлениях.

– Собираешься прогуляться верхом? – полюбопытствовал Фрэдди, повстречав свою кузину в сводчатом фойе главного холла на следующее утро. Погруженный в чтение газеты, он не сразу заметил ее, и только шелест бархата по каменному полу заставил его поднять голову. Пульс его учащенно забился. Он увидел, что она снова нарядилась в ту самую отделанную черными лентами амазонку, которую не надевала с тех пор, как старик заболел.

– Я подумала, что неплохо бы покататься немного на Бастиане, – ответила Чина.

– Ну что ж, проветрись, кузина, – проговорил он непринужденно нарочито фамильярным тоном и снова уткнулся в газету. Чина, чувствовавшая себя теперь гораздо лучше, нежели в прежние дни, подобрала юбки и выбежала из дома. Если уж Фрэдди смог выбросить из головы давешнее, столь неприятное для нее объяснение и вести себя так, как будто ничего не случилось, то уж она и подавно сумеет сделать то же самое!

– Доброе утро, мисс! – Возле конюшни стоял седовласый мужчина в заношенном кожаном фартуке и держал под уздцы Бастиана.