Джейн не обратил на него внимания.

– Мэл не должен драться, – сказал Джейн, игнорируя Вандала. – Это уже не его дело, а мое.

– Ты о чем?

– Эй, эй! – воскликнул Вандал, требуя внимания. – Верзила! Во-первых, тебя зовут Джейн? Что за имя для мужика? И во-вторых, на хрена ты вырубил моего противника?

– Во-первых, это не твое дело, – ответил Джейн. – Во-вторых, потому что я сам бросаю тебе вызов. Будешь биться не с Мэлом, а со мной.

– Так, на это я не соглашался.

– Я меняю условия соглашения.

– Не уверен, что ты можешь это делать.

– Я только что это сделал. У Мэла против тебя не было шансов. А вот мы с тобой… более равные противники, черт побери.

Вандал оглядел Джейна с ног до головы.

– Ты значительно крупнее его. И вид у тебя более суровый.

– Ты зассал, что ли? Не любишь напрягаться?

Вандал презрительно рассмеялся.

– Можешь злить меня сколько хочешь, Джейн. Но факт остается фактом: я сговорился драться с одним конкретным человеком, а ты теперь просишь меня драться с другим. Это какая-то замануха. Не, я в такие игры не играю.

– Мэл испытывает недомогание.

– О! Красиво говоришь.

– Поэтому его место займу я. Ну то есть если ты не струсил.

Вандал нахмурился:

– Нет, конечно. Тебя я не боюсь. – Он пожал плечами, словно уже решил, что ему нужно подраться хоть с кем-нибудь. – Я готов. Не понимаю, почему ты так мечтаешь получить по морде, что ради этого даже вырубил человека. Но раз ты так этого хочешь, то зачем мне тебя разочаровывать? Только не думай, что я попадусь на подлый приемчик, как твой приятель.

* * *

– Я не понимаю, – сказал Саймон Буку. – Что задумал Джейн? Что на него нашло? Это на него не похоже… Он никогда… никогда…

– Не рискует без необходимости? – спросил Бук.

– Ну да.

– Мне кажется, Джейн внезапно ощутил, что на нем лежит груз ответственности. – Бук бросил взгляд в сторону Темперанс Макклауд. – Кажется, он вдруг ощутил, что лично для него исход этого боя гораздо важнее, чем для Мэла.

Саймон проследил за взглядом Бука.

– Темперанс.

– Не только она.

– Джейн Макклауд, – сказал Саймон, и его лицо просветлело. Он начал все понимать. – О боже, да. Потому что она – его…

– Вот именно. Человек сделает все, лишь бы защитить своего ребенка – даже если о нем он только что узнал. Этот инстинкт – мощная первобытная сила. И на Джейна он действует так же, как и на любого другого.

Саймон кивнул, хотя и знал по опыту, что слова Бука – не аксиома. Его собственные родители мало что сделали, чтобы защитить Ривер, когда стало ясно, что в Академии с ней плохо обращаются. Они отказывались верить в то, что с ней что-то произошло. Они по собственной воле оставались слепы и глухи, даже когда Саймон настаивал – и не без причины, – что в письмах, которые приходили от нее, содержатся закодированные сигналы о помощи. Вера в правительство была для них важнее интересов их дочери, и это заставило Саймона взять дело в свои руки и спасать ее самостоятельно. В результате оказалось, что он заботится о Ривер лучше, чем их родители.

Прежде чем снова сосредоточиться на неизбежном противостоянии Джейна и Вандала, Саймон еще раз взглянул на Темперанс.