– Они забрали ее! – плакала Биатрис. – Тени забрали нашу дочь.

Оливер молчал. Продолжал слушать сопливые причитания и набирал номер Лоры.

– Она у подруги, – сказал он, поговорив с дочерью.

Биатрис поняла не сразу. Затем сказала, что ей нужно выпить, успокоилась. Дуэйн Андерсон, дантист, с которым она жила, ушел на работу. Оставленные Мэтоксом в его сознании закрытые двери работали исправно, блокируя ненужные воспоминания.

– Дай мне сигарету, – попросила Биатрис. Руки у нее дрожали.

История о безумной ночи была сбивчивой, почти нереальной. Но что в этом мире было реальностью? Детектив Оливер слушал молча, затем попросил достать для него штамм вируса двадцать четвертой хромосомы.

– Зачем тебе? – испугалась Биатрис.

– Эти тени идут не только за Клео, – Оливер выдержал тяжелый взгляд бывшей жены, закурил. – Я не планирую заражать себя специально. Только если не будет выбора, – пообещал он, но не прошло и суток, как тени добрались до него.

Фонари погасли. Вокруг никого. Джейсон Оливер метнулся в темную подворотню. Дверь в многоквартирный жилой дом была открыта. Лифт звякнул, впуская гостя. Тени зашептались. Загудели моторы, поднимая Оливера на последний этаж. Он не знал, куда едет. Нет, знал – в объятия пустоты, мрака. Тени достали его. Тени сожрут его.

Он достал шприц, который дала ему Биатрис, и заразил себя одним из самых страшных вирусов современности. Если этот вирус превратит его в монстра, то у него будет перед этим немного времени, будет шанс найти Клео Вудворт или остановить тех, кто послал эти тени. Когда лифт добрался до последнего этажа и Оливер вышел в длинный, погруженный в полумрак коридор, вокруг не было ни теней, ни каких-либо других монстров. Он так и не понял: прогнал их вирус, или же было что-то еще. Хотя все это уже не важно. Он был заражен, и страх отступил, лопнул мыльным пузырем. Ценности жизни стерлись. Осталась только цель. Но все поиски зашли в тупик. Почти все.

Старик Хэнк Дэрил, которого забрали тени, рассказывал о Надин и женщине из телевизора. Женщине, похожей на Габриэлу Хадсон, которая после десяти лет изгнания вернулась к работе. Детектив Оливер отправился в «Зеленый мир». Ничего. Никого. Лишь затертый, петляющий след, который вел в затерявшийся среди пустынных дорог город. Габриэла была в больнице. Детектив Оливер следил за ней: сначала в больнице, затем в «Зеленом Мире», где она вернулась к работе. Он видел, как Габриэла выпустила первого маленького монстра.

Мальчик был голоден. Он убежал в лес, и Оливер долго не мог найти его, пока не услышал крики бездомного. Мальчик превратился в монстра и разорвал оборванцу горло. Кровь сделала его сильнее. Или забранная жизнь? Оливер выстрелил в него восемь раз. Он видел, как пули пробивают плоть монстра. Но подросток-монстр не заметил этого. Он оскалился, повернулся к Оливеру лицом и набросился на него. Острые зубы разорвали Оливеру плечо. Тварь зарычала, почувствовав кровь, сбила Оливера с ног, прижала к земле и начала пить. Один глоток, другой. Неожиданно метаморфозы оставили это хрупкое на вид тело. Подросток зашелся кашлем, зарычал, упал, сжался. Изо рта у него пошла кровянистая пена. Оливер выстрелил ему в голову. Безрезультатно. Ни пули, ни сталь не хотели забирать эту иррациональную жизнь. Даже огонь и тот сожрал одежду, но не тронул тело. Оливер связал подростка и позвал жену.

– Ты можешь провести вскрытие или взять анализы, чтобы выяснить, что это за тварь? – спросил он. Биатрис не ответила. Оливер взял ее за плечи и встряхнул. Она смерила его испуганным взглядом.

– Джейсон, ты спятил. Это же просто подросток, – Биатрис вскрикнула, услышав выстрел.