– В ваш дом?

– Ну да!

Шериф встретился с недоверчивым взглядом Эмилиана и спешно начал объяснять, что в его предложении нет никакого умысла. «Убей его, – сказала Эмилиану его сущность. – Он все знает. Он все понял. Он просто сосуд, который сделает тебя сильнее». Тени взобрались по стенам, нависли над шерифом, потянулись к его шее. Еще мгновение, и они убьют его – Эмилиан не сомневался в этом.

– А могу я посмотреть ваш дом? – попросил он шерифа. – Прямо сейчас.

– А как же твоя мать?

– Она не так сильно больна, как вы думаете, – Эмилиан широко улыбнулся.

«Давай же! – думал он. – Проваливай из дома!» Шериф нахмурился. Тени почти дотянулись до его шеи.

– Пойдемте на улицу! – позвал шерифа Эмилиан. Он все еще не мог понять: жалеет он шерифа на самом деле или спасает его, потому что этого хотела бы Габриэла.

Алый закат пробивался сквозь шторы. В его лучах лицо шерифа выглядело каким-то серым, бескровным, мертвым.

– А знаешь, что… Черт с ним. Поехали! – неожиданно сдался шериф.

Тени почти дотянулись до него, схватили невидимыми зубами пустоту, где он стоял мгновение назад. Шериф и Эмилиан вышли на улицу. Патрульная машина была старой и пахла пылью. Дорога до дома шерифа заняла чуть меньше четверти часа. Эмилиан все время оглядывался, надеясь, что тени не преследуют их. Что касается самого дома, куда привез Эмилиана шериф, то он показался мальчику слишком большим и слишком светлым. Неприлично светлым. Шериф показывал свободные комнаты и говорил, что Эмилиан и его мать могут выбрать любые.

– Кроме моей комнаты и комнаты моей дочери, – широко улыбнулся он, показав свои маленькие крысиные зубы.

– У вас есть дочь? – спросил Эмилиан.

– Она чуть старше тебя, – шериф отвел его в гараж и долго хвастался старым «мустангом», внутренности которого были вынуты, а двигатель подвешен над капотом. – Тебе нравятся машины?

– Это просто машины, – Эмилиан подумал, что ему совершенно не нравится шериф и его дом. Особенно дом. – Мне хочется вернуться к Габриэле.

– Так быстро? – шериф чувствовал себя обиженным. – Но если тебе не нравятся машины, может, ты захочешь завести друзей?

– Вы хотите познакомить меня со своей дочерью? – спросил Эмилиан, прочитав серые, монолитные мысли шерифа.

– Тебе она понравится! – оживился шериф.

– Может быть, ей не понравлюсь я?

– Исключено. Ты ведь приехал из большого города? А Дарла только и говорит, что о больших городах. Это ее мечта. У тебя много было друзей там, где вы жили с матерью прежде?

– Один, – Эмилиан вспомнил котенка, которого убил. – Он умер.

– Вот как… – шериф помрачнел, словно его мозг просто отказывался принимать подобные ответы от подростка. – Тогда тебе обязательно нужно познакомиться с моей дочерью. Она веселая и поможет забыться.

Они отправились пешком к дому, где жила бывшая жена шерифа. Алый закат продолжал подавать признаки жизни, и Эмилиану приходилось притворяться, что его не беспокоит это ненавистное заходящее солнце. По дороге шериф рассказывал о своей работе и спрашивал Эмилиана, кем он хочет стать, когда вырастет. Мальчик отвечал уклончиво и невольно начинал злиться. Гнев поднимался откуда-то из глубины сознания. Чистый, неразбавленный гнев. Особенно когда он понял, что дом бывшей жены шерифа находится на другой стороне города.

– Почему мы не поехали на вашей машине? – спросил Эмилиан.