– Почему мы не поехали на вашей машине? – спросил Эмилиан.

– Потому что я хотел показать тебе город, – шериф добродушно улыбнулся.

Эмилиан не ответил. Умирающее солнце заставляло чувствовать себя беспомощным, ослабляя связь с темной половиной, прогоняя тени. Эмилиан чувствовал себя одиноким, преданным, забытым. Чувствовал почти так же, как в тот день, когда убил своего единственного друга – котенка. Но разве сейчас он жертвовал спокойствием не ради того, чтобы спасти шерифа? Эмилиан смерил Лари Вэлбека внимательным взглядом. «Почему Габриэла ужинала с ним?» Конечно, Эмилиан мог видеть ее мысли, но многого он не мог понять. «Или же ты просто другой и это тебе не нужно», – сказала его вторая сущность. Эмилиан увидел, что шериф смеется, и улыбнулся, желая показать, что принимает участие в разговоре. Шериф оживился, снова начал говорить о «мустанге», о том, как познакомился со своей женой благодаря этой машине, и еще о многих мелочах, которые только злили Эмилиана.

– Он уже рассказал тебе о том, что мне дали жизнь в этом чертовом «мустанге»? – спросила дочь шерифа сразу после того, как отец познакомил их. Эмилиан улыбнулся и качнул головой. – Ну, вот. Теперь ты знаешь.

Дарла позвала мать, чтобы сбагрить ей отца и спешно повела Эмилиана за дом.

– Ты не любишь отца? – спросил Эмилиан, прочитав ее мысли.

– Ненавижу.

– Потому что он не понимает тебя?

– Не понимает? – она скорчила пренебрежительную мину, достала сигарету. – Следи лучше за дверью, а не копайся у меня в мыслях.

– Ты знаешь, что я могу читать твои мысли? – растерялся Эмилиан.

– Можешь читать мои мысли? – Дарла смерила его внимательным взглядом и громко рассмеялась.

– Ты не веришь мне? – обиделся Эмилиан.

– Ладно, – Дарла стала издевательски серьезной. – И о чем я сейчас думаю?

– Об отце.

– А сейчас?

– О его «мустанге».

– Ну, это просто! – Дарла натянуто рассмеялась.

– Тебе восемнадцать лет, и ты потеряла девственность два года назад.

– Что?

– Для тебя это очень важно. В смысле то, что ты уже взрослая. Иногда ты представляешь, как убегаешь из дома. Ты ненавидишь этот город, своего отца и мужчин, с которыми встречается твоя мать.

– Мне наплевать, с кем встречается моя мать.

– Но не твоему отцу.

– Ты же сам сказал, что я его ненавижу.

– Но он твой отец.

– Пошел к черту! – Дарла повернулась к странному знакомому спиной, закурила. – Тебе рассказал обо всем этом мой отец? – спросила она. Эмилиан не ответил, потому что Дарла не хотела, чтобы он отвечал. – А он сказал тебе, что они с матерью никогда не воспринимали меня всерьез? Сказал, что они относятся ко мне, как к домашнему питомцу? Словно я чертов котенок, которому нужно только, чтобы с ним играли и убирали за ним туалет.

– У меня когда-то был котенок.

– Это не смешно, – Дарла обернулась. – Отец сказал, что ты приехал сюда с матерью. Почему? Где твой отец?

– Далеко отсюда.

– Значит, тебе повезло.

– Согласен.

– Согласен?! – Дарла едва не подавилась дымом.

– Думаю, если бы Гэврил знал, где я, то он бы пришел и убил меня и Габриэлу.

– Габриэла это твоя мать?

– Мне больше нравится просто Габриэла.