– Ваше величество, – нестройный хор голосов приветствовал Петра, который обернулся и наклонил голову, коротким поклоном приветствуя всех собравшихся по его приказу.

– Проходите, господа, рассаживайтесь, – он указал на стол, стоящий чуть в отдаление от массивного стола, стоящего прямо напротив двери.

Они сели за стол, при этом молодые люди старались держаться от основного костяка приглашенных как можно дальше. Пётр отошёл от стены с картой, оглядел присутствующих и, усмехнувшись, сел во главе стола.

– Наверное, вы гадаете, зачем я вас всех здесь собрал? Да ещё в таком составе? – спросил он, оглядывая каждого из них пристальным взглядом.

– Ваше величество, это нетрудно просчитать, – за всех ответил Ласси. – Командующий Азовским флотом, и я, уже весьма жирный намёк на то, что вы снова хотите попытаться взять Очаков. Я прав?

– Да, – просто ответил молодой император и слегка наклонил голову набок. – Но, это ещё не всё. Я хочу, чтобы вы все сообща не просто взяли Очаков. У нас очень мало времени на самом деле, но оно пока есть. И за это время я хочу, чтобы Азов, а потом и взятый Очаков были превращены в неприступные крепости. А ещё я хочу, чтобы Таманский полуостров вошёл уже полностью в состав Российской империи. И на нём мне нужна крепость, хорошо укрепленная с видом на пролив.

– Вы хотите перекрыть Керченский пролив, ваше величество? – Синявин, который в этот момент разглядывал свои ладони поднял голову и недоуменно посмотрел на государя. – Но, как же договоренности с османами?

– Все договоренности полетели в трубу в тот самый момент, когда почти вся Европа объединилась с турками против нас. – Жестко ответил Пётр. – Они наши договоренности в нужнике использовали, и требовать от нас их соблюдения больше не имеют никакого права. Видит бог, не мы это начали. Я не хотел пока задирать осман, хотел на ноги покрепче встать, но, мне не дали. Нам не дали как следует подготовиться. И что нам остается делать?

– Воевать, – решительно ответил князь Волконский. – Что нам ещё остаётся?

– А есть ли страны, которые всё-таки не ополчились против нас? – задумчиво спросил Бутурлин, которого перспектива воевать на всех фронтах совершенно не радовала.

– Есть, – кивнул Пётр. – Голландия под нашим внешним управлением. Швеция пока соблюдает нейтралитет, ей совместно с нами ещё сделку с Данией заключать, сама Дания – ну тут понятно, она пока ничего не может предпринять, её король гулять изволит, и, как ни странно, Англия, которая сейчас сидит в полнейшем ох… хм… недоумении, и чешет репу, задавая себе один единственный вопрос: «А какого чёрта происходит?». Пожалуй, можно ещё Мекленбург отнести к дружественным или нейтральным странам. И всё благодаря женитьбе Петра Румянцева на принцессе Ульрике. Если поначалу я считал эту женитьбу дуростью несусветною, то сейчас, пожалуй, могу изменить решение. Это была весьма прозорливая и дальновидная политика, как оказалось.

– В прошлый раз мы оставили Очаков из-за постоянных болезней, – медленно проговорил Ласси.

– Сейчас эта проблема будет решаться. – Пётр перевёл взгляд на него. – С вами отправятся достаточно много полковых врачей, которые уже предоставили мне несколько способов избежать эпидемий. В частности, воду они будут выдавать бойцам сами. Кто ослушается, будет бит нещадно, потому что не только свою голову в петлю засовывает, но и товарищей может в итоге заразить. Нужники будут только организованные, кордоны санитарные будете учиться развертывать, помимо всего прочего. Много чего будет сделано, я сейчас рассказывать много не буду, отдельно встретитесь с Томилиным, который у докторов за главного назначен, он подробно всё объяснит и непонятные моменты на пальцах обрисует.