Кроме того, подумала она, учитывая то, что "Стальной кулак" направляется на Эревон, вполне возможно, что этот идиот даже не узнает об этом. Или, по крайней мере, не узнает до тех пор, пока не будет слишком поздно убеждать даже Яначека, что Оверстейген вообще не имел права просить её об этом…

- Хорошо, капитан, - сказала она наконец. - Я займусь этим и посмотрю, что можно будет сделать.

- Спасибо, адмирал, - произнёс Оверстейген и улыбнулся.

Глава 4

- В этом наряде я чувствую себя нелепо, - пробурчал В.Е.Б. Дю Гавел, пока Кэти Монтень вела его по широкому коридору своего городского особняка к ещё более широкой лестнице, ведущей на первый этаж.

- Не морочь мне голову, Веб, - Кэти окинула его тучную фигуру взглядом, балансирующим на грани сарказма. - Вот когда ты пытаешься изобразить из себя Махатму Ганди, тогда и выглядишь по настоящему нелепо.

Дю Гавел хихикнул.

- "Минус четверка", так он, кажется, назвал свой наряд? Когда появился в Лондоне, не имея на себе ничего кроме знаменитой набедренной повязки?

Он опустил взгляд на свой объёмистый живот, затянутый в костюм, при взгляде на пестроту красок которого, заплаченные за ткань немалые деньги казались напрасно выброшенными на ветер. Преобладал красный цвет, но были также и довольно заметные участки оранжевого и черного - и всё это подчеркивали ярко-синий кушак, идущая от левого плеча к правому бедру лента с белой и золотой полосами, и чуть более узкие ленты тех же цветов, изображающие лампасы на брюках. Брюки были также синими; однако, по некой неведомой Дю Гавелу причине, как минимум на два тона темнее кушака.

Не стоило и говорить, что туфли были золотыми. И, чтобы довести смехотворность общего ансамбля до максимума, заостренные их носки задирались вверх и заканчивались ярко-синими кисточками.

- Я чувствую себя цирковым клоуном, - пробормотал он. - Или пляжным мячом.

Он скептически взглянул на Кэти.

- Ты же не пытаешься устроить розыгрыш со мной в главной роли?

- Ну что ты за долбаный параноик, а?

- Ну, по крайней мере, твой язык со времени проведённого на Земле не изменился. Полагаю, это уже что-то.

Они почти дошли до лестницы, выйдя на открытый участок, где левую стену сменила балюстрада, за которой, внизу, простирался огромный зал, казавшийся переполненным людьми. Дю Гавел начал замедлять шаг.

Кэти протянула руку назад, ухватила его за локоть, и потащила вперёд.

- Расслабься, ладно? В этом году мода на стиль "нео-комедия" бушует в полный рост. Я заказала этот костюм специально для тебя, именно для такого случая, у второго лучшего портного Лэндинга.

Значит, ничего не поделаешь. Дю Гавел решил смириться с ситуацией. Они начали медленно спускаться по лестнице. Идущая рядом Кэти делала вид, словно сопровождает посетившего её с визитом члена королевской семьи.

Дю Гавел, пытливый разум которого никогда не дремал, прошептал:

- А почему у второго лучшего?

Его порадовала улыбка на лице Кэти. А точнее выражение "хорошей девочки на официальном мероприятии". Оно, наверняка, использовалось ею нечасто, но получилось у Кэти так же хорошо, как почти всё, за что она бралась всерьёз. Она даже сумела прошипеть ответ, не испортив своей улыбки:

- Я нынче пытаюсь ладить с Елизаветой. Она была бы вне себя, если бы подумала, что я пытаюсь стянуть у неё любимого портного.

Несколько секунд, которые ушли у них на спуск по длинной расширяющейся лестнице, он переваривал этот ответ.