— Я знал, ты тяжело воспримешь мой уход. Дездемона, я с трудом принял это решение. Но мне обещали полную творческую свободу. — Он развел руками. — Как я мог отказаться?

— Это из-за моей просьбы сделать лебедей для свадьбы Старка и Бетфорд, да? Ты все еще не простил, что я не дала тебе создать задуманные скульптуры.

— Мои скульптуры были бы изысканными, идеально подходившими для свадебного банкета, — парировал Рафаэль. — Меня вдохновила «Кама Сутра».

— Рафаэль, скажи честно. Ты думаешь, серия ледяных скульптур, изображающих голые парочки в разных эротических позах, были бы уместны на официальной свадьбе?

— Мои работы воплощали экстаз брачной ночи.

— Что ты знаешь об экстазе брачной ночи, ведь ты никогда не был женат? В любом случае, прием Старка и Бетфорд был очень традиционным. Твои скульптуры шокировали бы гостей.

Рафаэль осуждающе посмотрел на нее.

— Истинный художник не может стеснять себя цепями средневековых вкусов толпы. Он не должен позволить диктовать хозяину свое творческое видение.

— Я не хозяин, я работодатель.

— Больше нет.

— Ты думаешь, тебе разрешат ваять все, что тебе захочется, у Фаунтейнов?

— Именно это мне обещали.

Дездемона потеряла терпение:

— Хорошо, действуй, делай как знаешь. Посмотрим, как долго продлится твоя творческая свобода. Ты когда уходишь?

— Сегодня.

Дездемона была вне себя.

— Ты не можешь уйти сегодня. В четверг у меня ленч у Косини, а в пятницу женятся Ламбет и Хортон. В обоих местах должны быть ледяные скульптуры на столах.

— Прости, Дездемона. — Рафаэль встал. — Тебе придется найти кого-нибудь другого для своих глупых лебедей и дельфинов. Не пойду больше на компромисс со своим творческим «я». Буду искать свой собственный путь.

— Рафаэль, подожди. — Дездемона вскочила с кресла и вышла из-за стола. — Давай поговорим.

— Больше не о чем говорить. Я хочу свободы от коммерческого искусства. — Рафаэль снова распахнул дверь.

— Черт, ты еще пожалеешь. Если ты надеешься, что новый хозяин позволит тебе выставлять на столах завтракающих респектабельных господ из ИстСайда непристойные поделки, то лучше хорошенько подумай.

Зазвонил телефон. Она схватила трубку:

— «Верный стиль».

— Будьте добры Дездемону Вейнрайт.

Дело прежде всего. Дездемона заставила себя говорить спокойным приятным голосом.

— Это Дездемона Вейнрайт, я вас слушаю.

— Это Мод Пичкот. Я звоню по просьбе господина Старка, компания «Охранные системы Старка».

Дездемона стиснула трубку. У нее почему-то перехватило дыхание.

— Чем могу быть полезна?

— Господин Старк желает знать, не согласитесь ли вы заключить с ним контракт. Он намерен предложить вам должность консультанта по связям с общественностью.

— Консультант по связям с общественностью? — Дездемона махнула Рафаэлю, чтобы он уходил, и медленно опустилась в кресло.

— На вас возлагаются обязанности по проведению в течение трех месяцев общественных мероприятий фирмы. Вам также предлагается при необходимости принимать на себя роль хозяйки. Вы согласны на такой контракт, мисс Вейнрайт?

— Вы шутите? — Дездемона схватила ручку. — То есть да. Да, я, конечно, согласна.

— В таком случае господин Старк будет рад видеть вас сегодня в своей конторе.

Нетерпение и удовлетворение охватили Старка, когда он наблюдал, как Дездемона подписывала контракт.