— Нет, не сейчас. Нет необходимости.

— Прошу прощения, коммандер… Нет необходимости?

Фурд взглянул на нее, удивленный. Каанг никогда не ставила под вопрос тактику коммандера; часть их уговора гласила, что она всего лишь пилот и не более.

— Она не убегает, Каанг, поэтому нам не нужно Ее ловить. «Вера» нас подождет.

— Коммандер, — заметила Кир, — со всем уважением, но мне кажется, вам следует пересмотреть свое решение.

— Джосер, скорость и курс противника.

— Все на экране, коммандер. Она ушла в Пояс на шестидесятипроцентной тяге, но теперь сбрасывает скорость.

— Каанг, пожалуйста, держитесь Ее курса. Тридцать процентов. — Фурд повернулся к Кир. — Вы правы, мы не можем просто сидеть здесь. Но нам и не нужно преследовать Ее. Теперь, уйдя из-под удара, Она подождет нас.

Как и Фурд, мостик выругался про себя и умолк.

Каанг тихо запустила ионный двигатель и повела их глубже в Пояс. Фурд ледяным взглядом посмотрел на микрофон, где все еще мигал сигнал о входящем сообщении.

— Можешь идти.

Ответа не было. Огонек не погас.

— Я сказал, можешь идти. Ты не реален.

— Ты тоже. И Департамент не реален. И Содружество.

2

Оба корабля располагали одинаковым набором двигателей с одинаковой производительностью. Когда они вошли в пояс астероидов, Каанг ложными маневрами и двойной игрой грамотно заманила Ее в радиус поражения лучей, но повторить свой успех не смогла. Случилось ровно противоположное: вторая часть сражения в поясе стала зеркальным отражением первой.

Девяносто минут Она танцевала перед ними за пределами действия орудий, блокируя любые попытки Каанг приманить Ее ближе. Полет «Веры» напоминал то прочерки, то завитки, Она каталась, падала, а однажды даже сделала сальто; прыгала за астероиды, которые «аутсайдер» не мог достать, сбегала и пряталась до того, как подходил «Чарльз Мэнсон». Ее по-прежнему никто не видел — Она до сих пор считала, что время снять экран еще не пришло, — но Ее траекторию и все танцевальные маневры, легко можно было отследить по эмиссии двигателей, чего, конечно, Она сама хотела. «Вера» действовала бесстрастно и лукаво, так шахранин мог бы дразнить человека.

— Каанг, пожалуйста, остановитесь, — сказал Фурд девяносто минут спустя. — Если вы не смогли вернуть Ее в радиус поражения, нам нужно придумать что-то другое.

Пилот благоразумно воздержалась от комментариев, как и Тахл, но молчание обоих было достаточно красноречивым. Фурд устало повторил, что Она подождет, никуда не убежит, преследовать Ее не надо. Он был в этом твердо уверен и постепенно, деталь за деталью, собирал огромный заводной механизм, спроектированный им, чтобы вовлечь Ее в бой. Правда, коммандера все еще трясло от разговора с Ней, от того, как Она подделала сообщение из Департамента, но, похоже, не стала особо напрягаться с точностью сигнала. Его терзала мысль о том, что будет, если «Вера» в следующий раз решит все сделать хорошо?

Фурд должен был проверить, повлиял ли этот краткий разговор на остальных так же сильно, как на него. Коммандер хотел посмотреть на их реакцию, но его первая попытка оказалась поспешной и необдуманной.

— Она разговаривала с нами, — сказал он. — Прежде Она никогда ни с кем не говорила.

— Она не разговаривала, — возразил Джосер. — Это был не ее голос, а подделка, причем плохая.

— Вполне достаточная, — кисло заметил Смитсон.

Фурд попытался снова.