В третий раз Суонн выбрался из командного центра, чтобы лично рассказать семье Буссэ о случившемся. Мог быть и четвертый, когда в Блентпорт на челноке доставили Коупленда. Капитана арестовали и судили, но тогда Суонн решил послать заместителей.

— От «Чарльза Мэнсона» по-прежнему нет ответа?

— Да, директор… Мы сообщим, если будут новости.

— Я знаю. Но вы же полагаете, что сообщений не будет, так ведь?

— Да, директор. Фурд отключил связь намеренно.

Суонн взглянул на кордон, видный на одном из множества экранов командного центра. Классический строй: линкоры и крейсеры во внешнем кольце, эсминцы и перехватчики внутри, готовые к ближнему бою, если она прорвется сквозь ряд больших кораблей. Все развернуто логично и разумно, по направлению к Поясу астероидов, Пропасти и внешним планетам, откуда Она появится, если Фурд Ее не остановит. Разумеется, всем приказали держать строй вне зависимости от того, что случится с «Чарльзом Мэнсоном».

Это был самый большой флот во всех двадцати девяти системах Содружества, за исключением земного. Суонн задумался, хватит ли его. Если нет, если Она не обратит внимания на эвакуацию и атакует теперь практически беззащитную Впадину, то несколько людей на Шахре, и Суонн в том числе, понесут за это персональную ответственность. Директор все понимал и принимал. Он был горячо предан Содружеству, но разума не терял.

Как и Фурд, Суонн родился на авторитарной и корпоративистской планете, но в отличие от коммандера он получил должность обычным путем, отслужив в регулярных войсках, а не через Департамент. Как и Фурд, Суонн выяснил, что планет, подобных его родине, в Содружестве мало и люди по большей части живут гораздо лучше. Со своей обычной неуклюжестью директор говорил себе, что в целом Содружество чаще поступает правильно, чем неправильно. Даже когда оно допускало ошибку, как в случае с законом об удалении ядовитых желез шахранам, живущим в низинах, немало его граждан — включая самого Суонна — были готовы выступить против таких мер.

В командном центре висели и другие экраны, от которых последние дни Суонн не мог отвести глаз. На них отображались события у Гора 5, в Поясе астероидов и — теперь — у Гора 4. Не подлинные, разумеется. Из-за огромных расстояний и молчания Фурда на Шахре могли видеть только симуляции, некоторые были относительно точными, другие же выстраивались исключительно на догадках аналитиков.

У Гора 5 «Вера» перехитрила Фурда, как и ожидал Суонн; но в Поясе произошло какое-то событие, после которого «Чарльз Мэнсон» отключил связь. «Аутсайдер» совершил бросок на фотонном двигателе через скопище каменных обломков, после чего явно столкнулся с крупным астероидом, в корабль попала одна из Ее ракет, но он уцелел. А потом, чуть помедлив, вышел из Пояса и направился к Гору 4, «Вера» последовала за ним. Правда, оставалось неясным, пустилась Она в погоню за Фурдом или же полетела к Шахре.

Рядом с Гором 4 коммандер явно запланировал какой-то маневр. Все знали, что, если подойти слишком близко к этой планете, она тебя убьет, как и «Вера», но последняя казалась даже опаснее, так как выбирала своих жертв, действовала не без причины. Впрочем, возможно, это было не так. Возможно, Она походила на Гор 4, не имела выбора, не знала причин. Возможно, Ее такой сделали. Как знать.

Суонн снова взглянул на аккуратный строй кордона; подумал, что ничего больше у Шахры нет и неизвестно, хватит ли этого. «Чарльз Мэнсон», Фурд и его команда показались ему чужими, они находились за пределами всего, что он понимал и ценил. Но даже рядом с ними «Вера» была совершенно иной. По сравнению с Ней «аутсайдер» казался тем, чем он никогда, никогда не смог бы стать: одним из нас.