Она пронзила его взглядом, вытерла лицо и дернула ладонью так, чтобы слюна полетела его сторону. К счастью для себя и для Кир, Фурд решил не обращать внимания на этот жест. Потом она пожала плечами и подчинилась приказу, переведя орудия в автоматический режим. Сразу установилась привычная схема: их лучи, Ее отражатели.

Залпы следовали друг за другом с перерывами, и «Вера» использовала их для накопления энергии, усиливая защитные поля. Яркость холодного белого света на мостике снизилась, и неподвижная пустая фигура уменьшилась вместе с ней. Из матовой она превратилась в прозрачную, а отражатели из прозрачных — в матовые. «Аутсайдер» продолжал стрелять, но до цели не добирался. Корабли снова сыграли вничью, как будто не сражались, а сотрудничали.

Именно это привело Кир в ярость.

— Что с вами случилось? — спросил коммандер.

— Вы так хотели Ее, больше, чем меня, больше, чем кого-либо, и я могла дать Ее вам, но вы все продрочили.

Фурд не ответил, только подумал: «Она как моя кожа. Меня от нее тошнит, а сбросить не получается». Он повернулся к Смитсону и спросил:

— С вами все в порядке?

— Да, коммандер. Оно всего лишь произнесло мои имена. И не сказало ничего нового, вы все и так знаете. — Он сделал просительное движение верхней частью тела. — Перевод почти готов. Можете посмотреть, если хотите; похоже, время у нас есть. — Он махнул конечностью в сторону экрана, где разворачивалась очередная ничья лучей и отражателей.

Фурд не был так уверен. Пат устраивал оба корабля, но только до тех пор, пока кто-то из них не совершит нечто из ряда вон выходящее. Она, к примеру, могла скопировать способности Каанг.

— Каанг, как вы думаете? Она нам солгала?

— Я не знаю, коммандер, — ответила та с несчастным видом. Пилот не любила такие разговоры, и обычно Фурд старался их избегать. Но не в этот раз.

— Постарайтесь. Мне нужно ваше мнение.

— Помните, вы однажды мне сказали, что если Содружество когда-нибудь поймет мой дар, если сможет его скопировать, передать другим, то убьет меня, не задумываясь, только чтобы вытащить способность наружу.

— Я скорее имел в виду Департамент, а не Содружество, но помню, — ответил Фурд, стараясь следить и за Каанг, и за экраном, где его внимание привлекла какая-то странность.

— Они так пытались, но ничего не смогли понять. И я тоже.

— Да. И? — Коммандер опять взглянул на экран. Там было что-то не так.

— И я не знаю, солгала Она или нет.

— О, понятно. — Обычно Фурда выводили из себя такие разговоры, но сейчас он отвлекся. А когда понял почему, то собрался крикнуть Кир, но прежде, чем успел открыть рот, Каанг продолжила:

— Мы уже говорили об этом, когда я только пришла в команду. Я всего лишь пилот. Пожалуйста, не спрашивайте меня больше ни о чем.

— Хорошо, не буду… Кир!

Белый свет почти погас, а пустая фигура перед ними начала блекнуть. «Вера» перестала поддерживать сигнал, направленный на мостик «аутсайдера», потому что Кир опять отключила автоматическое управление и стреляла вручную. Лучи вонзались в Нее почти без перерыва. Защитные поля практически не отключались, напоминая плотное пурпурное облако, окутавшее корабль; «Вера» словно истекала кровью под водой. Несмотря на дополнительную мощность в отражателях, непрекращающийся огонь Кир по-прежнему рассеивался где-то в пятидесяти футах от Ее корпуса, и темно-синие стрелы, прилетавшие к Ней с разных направлений и под разными углами, туда-сюда дергали пурпурное облако.

Кир замолчала так же внезапно, как потеряла связность речи.