По пути в оружейный трюм ему встретились только два члена команды, а на обратном — лишь один. Он приветствовал всех по имени и званию, они в ответ тихо бормотали «Коммандер». Чтобы пройти друг мимо друга, приходилось протискиваться, как термитам. Норы корабля были несовершенны, не закончены, их пригнали друг к другу грубо, словно поздно спохватились, когда дело дошло до размещения людей.

Фурд вернулся на мостик, приветствовал всех, получил еле слышный ответ. Снова погрузился в контурное кресло. В отсеке царили сдержанность и тишина, лился спокойный мягкий свет, слышались приглушенные звуки разных регистров и тональностей. Как любой хороший дворецкий, корабль ненавязчиво, но обстоятельно приспособился к нуждам Фурда. Он приглушил сирену тревоги, та звучала спокойно, почти шептала, не выступала открыто и совсем не походила на саму себя. Так же он поступил с электронным шумом, идущим от консолей мостика, с освещением, хотя никто не отдавал ему такого приказа. «Прямо как Дживс», — подумал Фурд и вспомнил о старых книгах отца, сейчас аккуратно расставленных на полке в кабинете: Шекспир, Диккенс, Остин, вся положенная классика и немного Вудхауза.

Время шло. Они летели сквозь Пропасть к Гору 5 на неизменных тридцати процентах.

— Коммандер, — сказал Тахл. — У меня очередной звонок от директора Суонна.

— Вопрос тот же самый?

— Да, коммандер. Он говорит, что Она может появиться в любое время. Он требует объяснений, почему мы не увеличиваем скорость.

— А его «требую» — это пролог к «настаиваю»?

— Я не знаю, коммандер.

— Ответ тот же. Скажите ему: «Позже».

— Да, коммандер.

Кир оторвалась от консоли, взглянула на Фурда и то ли беззвучно произнесла одними губами, то ли прошептала: «По-прежнему осыпаете его оскорблениями». Их разговора в кабинете как будто и не было. Она и Тахл уже не думали о произошедшем в Блентпорте, но по разным причинам. Кир считала случай тривиальным. Тахл, будучи шахранином, не тратил времени на сожаления о прошлом.

Фурд окинул взглядом мостик.

— Мы все сделаем так, как я сказал на первом инструктаже. Пересечем Пропасть на тридцатипроцентной скорости, переключимся на ионный двигатель и по широкой дуге обогнем Гор четыре. Потом минуем Пояс и приблизимся к Гору пять. Вопросы?

Никто не откликнулся. Фурд продолжил:

— Директор Суонн считает, что на свидание с Ней надо торопиться. А я считаю, такой нужды нет. Полагаю, когда «Вера» появится, Она нас подождет. — Он выдержал паузу для эффекта, посмотрел на всех вокруг и добавил: — Почему так должно быть? Недавно я кое-что выяснил. Похоже, этого факта никто не заметил.

— Вы имеете в виду парад планет? — спросил Смитсон. — А я думал, о нем и так все знают.

Триумф Фурда повис в воздухе, растворяясь на глазах.

Корабль нырнул вперед. Составные элементы экрана и консолей вдоль него щелкали, гудели и сияли, рапортуя о вымысле перемещения — вымысле, так как корабль перемещался сквозь среду, чье истинное движение, замедляясь от вселенной к галактике, от звездной системы к планете, от планеты к кораблю, было невозможно увидеть из-за колоссальных размеров; и вымысле, так как перемещение самого «Чарльза Мэнсона», наподобие пространства вокруг, дробилось деятельностью его больших и малых частей. Корпус, напоминающий изящный наконечник стрелы, летел к внешним планетам системы, сканеры и орудия беспрестанно следили за воображаемой сферой со звездой Гор в центре; синапсы Кодекса, совокупности девятиядерного сознания, двигались туда-сюда, сплетаясь в сеть; субатомные частицы бионики и электроники вращались по орбитам вокруг ядер.