— Все святые, как же это хорошо, — сладко произнес он и обвел стол с уничтоженными наполовину угощениями. — Такое возможно. Вы не представляете, как давно я не видел и не ел ничего подобного. Да ведь никогда не ел!

— Почему же, мне хорошо известно, кто вы.

Она бросила фразу словно невзначай, но попала точно в цель. Наблюдатель напрягся.

— Вы знаете, кто я? — он растерялся. — Впрочем, зачем я спрашиваю. Вы вытащили меня с планеты. Должны знать.

— Да. Рада бы пребывать в неведении. — Снова он уловил в ее реплике двойной подтекст.

— Мы на базе? А это все выдумка? Умелая выдумка ваших врачей, — ужаснулся он.

Эл вздохнула, отпила напиток из высокого бокала, повертела бокал в руке.

— Если бы так, мне было бы проще играть роль приветливой хозяйки. Но, увы, ваши предположения ошибочны, как сказал бы один мой друг. Вы на борту моего судна. Мне нужно поскорее принять решение относительно вас.

— Меня? Вы? — Он совсем растерялся.

— Да.

Ответ был слишком коротким и не устраивал наблюдателя.

— Объясните, умоляю, — произнес он недоуменно. — Я искренне не понимаю, как и почему здесь очутился. Я не помню.

Эл опять стало его жаль.

Виктор помрачнел, смотрел на нее с тоской в глазах. Он снова вспомнил свое первое впечатление, когда испугался ее появления и сурового взгляда.

Эл сжалилась и подняла руку.

— Успокойтесь. Успокойтесь, пожалуйста. Здесь вам нечего опасаться. Я объясню.

— Я уже и сам догадываюсь. Вы выполняете поручение Галактиса, — хмуро сказал он.

— Да, — кивнула она. — Я медлила с объяснениями, потому что передо мной встала дилемма, разрешить которую без вашего участия я не могу.

Она сделал жест, остановив его дальнейшие расспросы.

— Мне поручили вас спасти. Я не совсем наблюдатель, поэтому обладаю большей степенью свободы. А дилемма такова. Вернуть вас в Галактис или на Землю?

Эл умышленно сделала паузу. Почему ее так увлекала идея играть на его непонимании. Только что она испытывала сострадание к нему, и вот снова вернулось чувство превосходства. Эл старалась успокоиться.

— На Землю? — он задал вопрос по интонации которого Эл догадалась, что этот вариант его не прельщает.

Эл поняла, что пора высказаться на чистоту.

— Я не только этот вопрос хочу решить.

Тут Эл щелкнула пальцами, стол претерпел трансформацию и вместо обеда на нем оказались пять плотных грязно-желтых, сшитых вручную тетрадей.

— Вам знакомы эти дневники? — спросила Эл.

Ее гость потерял дар речи. Он с ужасом вытаращил не нее глаза, хватал воздух ртом, но несколько секунд не мог издать ни звука. Он потянулся к тетрадям, но Эл решительным жестом притянула стопку к себе.

— Вы знаете, что это такое? — неуверенно спросил Виктор.

— Да, знаю. А вы?

— Зачем тогда спросили? — У него задрожали руки, он снова потянулся к стопке, но не осмелился коснуться. — Я думал, что они пропали. Навсегда.

Эл горестно вздохнула, к ней пришли воспоминания о том, каких глупостей ей пришлось натворить ради этих записей.

— Их судьбу тоже придется решить, — намекнула Эл.

— Как они у вас оказались? — задал он вопрос, который Эл ожидала услышать первым.

— Их сохранила для вас Дана Вердана из Дора, — и Эл поклонилась ему.

Виктор замер.