– Тогда я отправляюсь, милорд. Сначала я должен заехать в Кроген за людьми. Вы найдете этой ночью меня там, если захотите передать еще какие либо распоряжения.

– Не возбуждайте ожиданий, которые я не смогу оправдать, – бросил напоследок Ллевелин, хмуро взглянув на Саймона.

– Разумеется, милорд, – пообещал Саймон и, поклонившись, вышел.

Затем он остановился и велел слуге передать Сьорлу, своему капитану , чтобы воины готовились к выступлению через час, после чего направился в женские покои и спросил Рианнон. Она вышла к нему сама, осторожно ступая, преследуемая недовольными возгласами знахарки, которая лечила ее. Саймон подхватил ее на руки и вынес в сад, где они могли поговорить более менее уединенно.

– Саймон, – предостерегла она его, – вы создаете себе врагов больше, чем необходимо.

– Меня все равно здесь не будет, чтобы встречаться с ними, – равнодушно ответил Саймон, – да я и не думаю, чтобы кто нибудь еще не слышал, как я принес вас домой на руках. Разве это не дает мне право попрощаться с вами перед отъездом?

– Вы уезжаете к Пемброку?

– В Кроген за людьми.

– Значит, будет война?

– Не обязательно, – успокоил он ее, усаживая на скамейку возле клумбы. – Я пока только собираю отряд, чтобы без опасений путешествовать по местам, которые, похоже, кишат вражескими бандами, ищущими, у кого бы что отнять. Иностранные наемники не слишком щепетильны в вопросе, кого и что грабить.

Зеленые глаза Рианнон недоверчиво ощупывали лицо Саймона. Губы ее изогнулись в улыбке, но через лоб пролегли морщины беспокойства.

– Примерно так же выражается мой отец, когда хочет объяснить отправку боевых отрядов туда, где война еще не объявлена.

Саймон не удержался от усмешки из за ее проницательности.

– Возможно, этим попахивает, но я знаю, что Ричард не хочет войны с королем Генрихом. Ричард клянется, что он не мятежник, а просто ищет справедливости. Он не станет атаковать королевские войска…

– Но он станет защищаться, полагаю, – отрезала Рианнон, – и вы поможете ему. – Она покачала головой и вздохнула. – Ладно, все эти слова я слышала уже не раз. До Крогена далеко, и я не должна удерживать вас. Езжайте с Богом, Саймон, и да благословят вас также Ану и Дану. Я буду молиться за вас.

– И я за вас, миледи. Рианнон, вы поедете домой к Кикве, не так ли?

– Да, как только смогу нормально держаться в седле. – Она протянула ему руку. – Когда бы вы ни приехали туда, вы будете желанным гостем.

Взяв ее руку, Саймон наклонился и поцеловал ее, а потом со вздохом выпрямился. Не говоря больше ни слова, он снова поднял Рианнон на руки и отнес к двери женских покоев, где осторожно поставил на ноги.

– Счастливого тебе пути, Саймон, – тихо и нежно проговорила она.

– И тебе тоже, госпожа моя. Береги себя. Я оставляю тебе свое сердце, и горе мне, если оно пропадет.

– Саймон… – воскликнула она, но он уже повернулся и ушел. – Я не хочу нести этот груз, – прошептала Рианнон, но никто ее уже не слышал, и она поняла, что протестовать бесполезно.

Она говорила, не задумываясь, и своим «тебе» подала ему надежду, которой не следовало подавать. Впрочем, все это не имело значения, сказала она себе. Она все равно не могла помешать Саймону любить ее, разве что сделав себя недостойной его любви.