|
Впрочем, все это не имело значения, сказала она себе. Она все равно не могла помешать Саймону любить ее, разве что сделав себя недостойной его любви. Но такой путь она даже не рассматривала. Она жестко напомнила себе, что не раз предупреждала его, что не отвечает за то, чего он хочет или что чувствует. Тем не менее мертвое тело Маллт и преступление Мадога были воплощенным укором ее легкомыслию и беспечности. Бесполезно успокаивать себя тем, что она не желала никому зла или что Маллт и Мадог – недостойные люди. Она явила себя беспечной и легкомысленной и с Саймоном, а его то никак не назовешь недостойным.
Рианнон вздохнула, осторожно ковыляя к своей постели. Пока сердце Саймона будет надежно храниться у нее, а когда он приедет в Холл, если действительно приедет, она будет гораздо тверже и осторожнее. Как Рианнон хотелось бы быть столь же уверенной в безопасности его тела, как была уверена в сохранности его сердца!
11
Саймон со своими немногочисленными лучниками добрался до Крогена без приключений. Повсюду в лесах за ними наблюдали люди Ллевелина, но при дневном свете они легко узнавали вымпелы Саймона, по ночам же друзей узнавали по паролям и отзывам, которые непосвященный принял бы за крики ночных птиц. Замок Кроген был самым ухоженным из всех владений Саймона и управлялся Бифаном, сыном Арнолта, фанатично преданным своему хозяину. Когда Саймона отдали на воспитание Вильяму, графу Пемброкскому, Бифан отправился с ним в качестве слуги телохранителя, и годы связали их крепчайшими узами дружбы. Теперь он правил Крогеном, самым мощным из замков Саймона, и Саймону никогда не приходилось волноваться за его безопасность. На следующее утро Саймон выехал в сопровождении пятидесяти воинов. Это были лучшие бойцы гарнизона замка, опытные следопыты, способные превращаться в невидимок в самом убогом укрытии, умело обращавшиеся с луками и, кроме того, в отличие от большинства валлийцев умевшие сражаться в седле и обученные защите стен замка. Саймона не заботило, что он так ослабил гарнизон Крогена. При необходимости Бифан призвал бы ветеранов, обосновавшихся на земле вокруг замка, а в мирное время он набирал и готовил молодежь. Письмо, которое Саймон получил от Ричарда, содержало сведения о том, что король двинул свои войска от Глостера на северо запад, к Херефорду. Саймон намеревался было избрать самый короткий путь из Крогена в Аск, надеясь по дороге получить удовольствие в стычках с патрулями и авангардом Генриха. Бифан холодно глянул на него и заметил, что Генриху доставило бы не меньшее удовольствие услышать об одном из людей Ллевелина, который возит сообщения Пемброку. Не было уверенности, конечно, что такой вывод можно было бы сделать из одного только факта, что вассал Ллевелина Саймон направляется на юг, но этого замечания оказалось достаточно, чтобы напомнить Саймону, что он направляется не по своим делам, а исполняет поручение сюзерена. Они отправились по окольной дороге, на запад по течению реки Кейриог, потом козьими тропами через горы добрались до Иурха, после чего повернули на юго восток до реки Танай. Вдоль Таная они сделали крюк до длинного ущелья, а затем повернули на восток к Вринваю. Здесь, хотя они удалились от Крогена всего на двадцать пять миль, они вынуждены были сделать привал. Местность была такой неровной, что, даже когда они шли по речным долинам, им приходилось вести лошадей в поводу. На лагерь опустилась тихая ночь, ясная, с едва заметным намеком на наступающие осенние холода. Обычно, думал Саймон, с удовольствием разглядывая яркие звезды над головой, когда приходится ночевать под открытым небом, то, как назло, обязательно начинается дождь. Эта ночь, однако, казалась подобной благословению, обещанию мирного и счастливого будущего. Саймон слишком нервничал, пока добрался до Крогена, и потом был слишком занят, чтобы позволять себе думать о Рианнон, но теперь он вспомнил сцену их расставания и остался очень доволен. |
