|
До чего он ненавидит этот рот, эти узловатые руки! Фишер давно уже исчез из виду, а Дидериху все еще слышался запах пота, исходивший от этого человека. - Вы только поглядите, Зетбир, передние лапы свисают у него чуть не до полу. Он скоро побежит на четвереньках и будет щелкать орехи. Мы этой обезьяне подставим ножку, будьте покойны! Наполеон! Уже одно имя чего стоит! Но пусть не забывается. Могу вас твердо заверить: один из нас, - Дидерих свирепо повел глазами, - ляжет тут костьми. Надменно вскинув подбородок, он вышел. Дома он облачился в черный сюртук и отправился засвидетельствовать свое почтение наиболее видным лицам города. С Мейзештрассе попасть к бургомистру Шеффельвейсу, живущему на Швейнихенштрассе, можно было прямо через Вухерерштрассе, ныне переименованную в Кайзер-Вильгельмштрассе. Туда Дидерих и подался было, но в последнее мгновение, точно по тайному уговору с самим собой, все же свернул на Флейшхауэргрубе. Две ступеньки, которые вели на крыльцо дома старога Бука, были стерты ногами двух поколений горожан. Дидерих дернул звонок у желтой застекленной двери, и нежилая тишина дома огласилась долгим дребезжанием. Где-то в задних комнатах хлопнула дверь, по коридору зашлепала старая служанка. Но ее опередил хозяин: он вышел из своего кабинета и отпер сам. Господин Бук взял за руку Дидериха, усердно отвешивавшего поклоны, и втянул его в переднюю. - Дорогой мой Геслинг! Я ждал вас, мне сообщили о вашем приезде. Добро пожаловать в Нетциг, господин доктор! Глаза у Дидериха мгновенно увлажнились, он забормотал: - Как вы добры, господин Бук! Я, конечно, прежде всего решил засвидетельствовать вам свое почтение и заверить, что я всегда и всецело... всегда к вашим услугам! - отбарабанил он бодро, как хороший ученик. Бук все еще крепко сжимал его руку своей теплой и в то же время как бы невесомой мягкой рукой. - Услуги... - Старик собственноручно придвинул Дидериху кресло. - Вы их, разумеется, окажете, но не мне, а вашим согражданам, они же, в свою очередь, не останутся перед вами в долгу и очень скоро изберут вас в гласные <См. Прим.>. Это я, кажется, могу твердо обещать вам. Тем самым они воздадут должное всеми уважаемой семье! А там... - старик сделал торжественный и многообещающий жест, - а там всецело полагаюсь на вас и думаю, что в самом недалеком будущем мы сможем приветствовать вас в магистрате. Дидерих поклонился, сияя счастливой улыбкой, словно к нему уже со всех сторон неслись приветствия. - Не могу сказать, - продолжал старик, - чтобы взгляды, господствующие в нашем городе, были во всех отношениях удовлетворительны... - Белый клин его бороды зарылся в шелковый шейный платок. - Но есть еще поле деятельности для подлинных либералов, - борода снова вынырнула, - и если на то будет воля божия, мы еще повоюем. - Я, разумеется, либерал до мозга костей, - заверил Дидерих. Старик погладил бумаги, лежавшие на письменном столе. - Ваш покойный батюшка не раз сиживал здесь, особенно в ту пору, когда строил фабрику. К моему величайшему удовольствию, я мог оказать ему содействие. Я говорю о ручье, который ныне протекает через ваш двор. Дидерих проникновенно сказал: - Как часто, господин Бук, отец говорил, что только вам он обязан ручьем, без которого было бы немыслимо наше существование. - Вы не правы; не мне одному, а справедливым порядкам в нашем городском самоуправлении, в которых, однако, - господин Бук поднял белый указательный палец и глубокомысленно взглянул на Дидериха, - известные лица и известная партия желали бы многое изменить, да руки коротки. |
