— Хельга, без сомнения, прекрасная девушка и ваше увлечению ею понятно, но к сожалению ваша с ней партия попросту невозможна, — почти добродушно ответил он. — Вам предоставят список кандидаток, которых мы гото…

— Тогда не интересно, — равнодушно ответил я. — Если призом за спасение красавицы является не она сама, а кто-то со скамейки запасных — увольте меня от такой чести. В конце концов, несмотря на уход из рода и я всё ещё сын своего отца. Не последнего, замечу, человека в государстве, даже если убрать регалии. Он был самым молодым Магом Заклятья за сколько? За шестьсот лет, если мне не изменяет память?

— И на основании этого вы считаете, что девушки нашей семьи вам не ровня? — нахмурился пожилой мужчина.

— Нет, я просто не считаю нужным брать в жены неизвестную мне девицу с целью становления приживалкой в чьём-то Роду, — ответил я. — Я создам собственный Род, и найду себе женщину сам. Но благодарю за предложение, оно мне весьма польстило. Я так понимаю, с моей вербовкой покончено? И да — никакие иные условия мне попросту не интересны, так что давайте сменим тему. Я не буду Валге — я буду Николаев-Шуйский, когда заработаю право на потомственное дворянство.

— Ну что ж, сие ваше право, молодой человек, — с ноткой разочарования произнес майор. — Тогда давайте перейдём к менее приятной, но более важной теме. Что вы успели заметить, когда пришли на помощь к Хельге?

— Мою сокурсницу по Имперской Страже преследовал некий неизвестный мне субъект, — ответил я, пожав плечами. — Мастер Магии. Хельга была явно отравлена каким-то ядом и была на грани потери сознания. Как дворянин, мужчина и её товарищ, служащий с нею в одной роте, я не мог проигнорировать подобное и всеми силами постарался ей помочь. Противник оказался одарённым ранга Мастер, но в виду полученных ран не мог использовать и половины своих сил, и я счел возможным вступить с ним в схватку, оставив Хельгу в моём экипаже. Мне повезло, и я одолел противника, но ценой тяжелой раны… За исцеление которой я вам, разумеется, благодарен.

— И всё? — поднял бровь майор.

— И всё, — твёрдо ответил я.

На некоторое время мой собеседник замолчал, погрузившись в какие-то свои думы.

— Вот как мы сделаем, молодой человек, — наконец заговорил он. — Вы поклянетесь, что будете придерживаться упомянутой вами версии. Для любого, кто спросит, подчёркиваю — ЛЮБОГО — вы помогли отбиться от израненного Адепта, пытавшегося промышлять грабежом. Это во первых. Во вторых — вы НЕ ВИДЕЛИ никакого боя в лесу, с применением высокоранговой магии. В третьих — вы будете поддерживать исключительно товарищеские отношения со спасенной вами девушкой. И…

— И идите вы в прямую и толстую кишу, сиречь в анальное отверстие, — взглянул я ему прямо в глаза. — Не знаю, на что вы рассчитывали, пытаясь ставить мне условия, но скажу одно — я умею хранить чужие секреты и не собираюсь болтать лишнего о Хельге. Но прошу вас — не стоит продолжать диктовать мне ультиматумы. Я не дурак и рамки понимаю, но прислуживать и слушаться вас тоже не намерен. Надеюсь, господин майор, мы поняли друг друга? Я — истинно благородный человек, и обстоятельств дамы не выдам, но и подозрений, тем более беспочвенных, в свой адрес не потерплю!

Это была игра. Игра от противоположного — своей речью седой целитель рассчитывал на то, что я вскинусь и во мне взыграет аристократическое воспитание, которое заодно не позволит сближаться с Хельгой, раз её родня говорит со мной в таком тоне, и заставит молчать ради того, что бы доказать себе и им — я истинно благородный человек!

Эх, дружок… Я хоть и весьма мало уделял времени за свою трёх вековую жизнь интригам и людям в целом, будучи в перерывах между войнами погружен в жизнь на полюбившихся мне хуторах близ Деканьки, но дураком ведь тоже не был.