Флой упрямо продолжала молчать, стоя на том же месте с невозмутимым видом, но все ее существо таяло под насмешливым взглядом проницательных синих глаз. Если бы она раньше знала, что каждый раз при встрече со своим работником будет млеть и трепетать, словно девочка-подросток, она бы наняла кого-нибудь другого.

Хотя, откровенно говоря, лучшей кандидатуры не найти. Клод был резок, грубоват и упрям, но зато отлично знал свое дело и работал на совесть.

Между тем Клод стад медленно подниматься по ступенькам, не отрывая взгляда от Флой, пока, наконец, не приблизился к ней вплотную. Она никогда не видела его так близко. Ее голова буквально упиралась ему в грудь, и Флой восприняла это как попытку посягнуть на ее авторитет.

Не выйдет! – упрямо подумала она и задрала вверх подбородок.

– Вам нравится стоять в пыли? – спросил Клод.

Она не отступит, даже на шаг, несмотря на неприлично близкое расстояние между ними и обжигающий жар его тела. Она вызывающе посмотрела ему в глаза и увидела в них лукавый блеск. Флой покраснела. Она чувствовала, как пульс учащается с каждой секундой, а тело горит. Каждый удар сердца бил по нервам, и Флой казалось, что она вот-вот взорвется.

Нет. Она не могла увлечься им. Он был совсем не то, что ей надо. Он не был спокойным и добродушным. Он не был податливым, и уж конечно не позволил бы управлять собой.

Господи! Только один мужчина заставлял ее млеть и таять так же, как Клод, и тот был скорее мальчик, чем мужчина.

В последнем классе они уже были «не разлей водой», и Флой точно знала, что Алекс – ее вторая половинка. Мать не одобряла их дружбу, так как семья Алекса была не из богатых. Но Флой никого не слушала. Она нашла свою настоящую любовь.

Они собирались пожениться сразу после школы, но в то время Флой еще не было восемнадцати, и без разрешения родителей их не могли расписать. Тогда она впервые в жизни обратилась к матери с просьбой, но Элла только посмеялась над тем, что искренне считала чудачеством своей дочери.

Несчастным возлюбленным оставалось только одно: бежать из дома, чтобы жить вместе. Они планировали поступить в один университет и переехать в общежитие, а в октябре, когда Флой станет совершеннолетней, пожениться. Все лето они провели в ожидании. А в последний день сентября произошла трагедия: Алекс погиб в автокатастрофе.

Эти дни снова промелькнули перед глазами Флой как один кошмарный сон. Прошло несколько лет, а страшные воспоминания все еще жгли сердце. Но, обладая сильным характером, Флой, в конце концов, начала строить свою жизнь заново. Она даже попыталась ходить на свидания, но никому из ее поклонников не удалось занять в сердце Флой место Алекса Баркли.

По прошествии шести лет она жила спокойно, как и раньше, но душа ее умерла вместе с Алексом, и жизнь потеряла свои краски.

Господи! Как она любила! Да, ей по-прежнему были доступны какие-то чувства к мужчинам. Она могла смеяться с ними и весело проводить время. Все, как раньше. Только одно изменилось. Мужчины, которых она пускала в свою жизнь, могли доставить ей только физическое удовлетворение. Не больше. Они навсегда перестали ассоциироваться для нее с чем-то более высоким и прекрасным. Все, что от них требовалось – это сильное, сексуальное тело, нежные руки, страстные объятия, и, когда Флой получала то, что хотела, они исчезали. Она сама этого хотела. Жизнь нанесла ей слишком тяжелый удар, чтобы она могла полюбить заново.

– Принцесса?

Флой вздрогнула. Она совсем забыла о присутствии Клода. Она взглянула в его глаза и почувствовала, как внутри тоскливо защемило, – что-то подобное она испытывала, когда смотрела в глаза Алекса.