– Но я больше не сплю с Крис.

Крис. У бывшей жены, оказывается, есть имя. Флой закусила губу. Вот ей и указали ее место. И нечего претендовать на что-то большее, чем секс. Ей стало стыдно и горько при мысли о том, что она, должно быть, совсем забыла Алекса, если ревнует Клода к его бывшей жене.

– Хорошо. Мы были близки в постели, но на этом наша близость закончилась. Так?

– Да, – подтвердил он.

Ее сердце сжалось. Но какого еще ответа она ждала? Он всегда был с ней предельно откровенен. Он сразу дал ей понять, чего хочет. Теперь ей некого винить, кроме себя, за то, что она по уши влюбилась.

– Знаешь. – Она кисло улыбнулась. – Мне пора. У меня сегодня полно дел, хоть и воскресенье.

На обратном пути они не сказали друг другу ни слова. Клод проводил ее до дома, даже поднялся вместе с ней в комнату. Когда они прощались, он нежно провел рукой по ее щеке. Подавив в себе желание прижаться к нему и сказать, что он ей нужен, она закрыла за собой дверь спальни.

Клод свернул вправо и выехал на центральную улицу. Предательство Крис привело к тому, что он перестал доверять женщинам. Вот в чем была его проблема. Верил ли он, что Флой не такая, как Крис? Верил ли, что она никогда не сделает ему больно? Мог ли он открыть ей сердце и душу? Ответ был очевиден. Нет. Она тоже много выстрадала, и поэтому он не будет играть с ее чувствами. Лучше, чтобы каждый из них в одиночку справился со своими проблемами. Всем будет лучше.

В последующие два дня они почти не виделись. Не потому что он избегал ее, а потому что она избегала его.

На третий день в доме появилась Мэгги с коробкой, из которой очень вкусно пахло, и сообщила, что Флой на очередной распродаже в поисках антиквариата из Франции.

– Я просто не дождусь, когда она откроет свой магазин, – сказала Мэгги.

Почувствовав запах еды, Клод впервые за день осознал, что сегодня еще ничего не ел. Он развязал свой пояс для инструментов, и он с шумом упал на пол.

– Магазин?

– Да. Она надеется, что одно из помещений на первом этаже пойдет под ее антикварный магазин. – Мэгги вопросительно посмотрела на Клода, когда его желудок издал громкий, урчащий звук.

Без лишних слов она сунула ему в руку салфетку и открыла свою коробку.

– Маленькие тартине. Надеюсь, ты не считаешь это лакомство чисто дамским угощением?

– Возможно. Но какой мужчина устоит перед изумительным запахом, который исходит из твоей коробки, Мэгги? – С удовольствием откусив кусок тартине, Клод издал протяжный стон и тут же запихнул себе в рот всю оставшуюся часть. – Ты гений, Мэгги.

– Нет, это не я. Это Кэтрин. Но вообще у меня хорошо получается готовить, так же как у тебя строить. Ты здесь все преобразил.

Клод поднял на нее глаза и увидел, что она покраснела.

– Она рассказала вам о той ночи, которую провела у меня дома?

– Нет. – Мэгги села рядом с ним. – Не рассказала. Мы сами поняли. Мы вчера завтракали все вместе. Кэтрин собирается замуж, и мы обсуждали, что нужно приготовить к свадьбе.

– И?

– И мы догадались. Она вся светилась счастьем – Мы никогда не видели ее такой раньше. – Мэгги легонько толкнула его плечом. – Она никогда не говорит о таких вещах, никогда не жалуется, но мы чувствуем, что у нее не все в порядке на личном фронте. Мы ее лучшие подруги, Клод, хотя мы знакомы всего лишь несколько месяцев. До нас у нее никого не было. Мне больно думать о том, как она была одинока. Мы постоянно донимаем ее расспросами, но она не рассказывает нам всего до конца. Но с тобой… – Она нежно улыбнулась. – Будем надеяться, что с тобой она более откровенна.

Клод вспомнил ночь, которую они провели вместе с Флой, когда он держал ее в своих руках, когда они так стремительно проникли в мир друг друга, сблизившись не только физически, но и духовно.