– Андрей, – говорит Вельзевулон Петрович. Его оглушительный бас настолько громкий, будто с километровой высоты в металлическую бочку вдруг насыпали полтонны камней. И хорошенько потрясли. – Андрей, сложи оружие и сдайся. Вас препроводят в следственный изолятор.

– В тюрьму не пойду! – запрокидываю голову и с видом строптивого сына взираю на Чердеговского. – Лучше смерть!

– Тогда можешь возвращаться на свою башню, – серчает Вельзевулон. – И прыгай, на здоровье. Только потом не возвращайся из Дальних Кругов. И не умоляй взять тебя обратно в Управление.

Вздыхаю. Честно говоря, возвращаться в ГУпНИКИС мне не очень-то и хочется. Но пересчитывать несколько тысяч ступенек опять? Да еще для того, чтобы сверзиться вниз, на холодные камни?

Мне кажется, что где-то рядом лопается череп, хрустят позвонки. Примерно с таким же звуком мог бы сломаться мой позвоночник. Брр… Не вернусь на башню.

– Долго в тюрьме сидеть? – интересуюсь у хват-генерала, раболепно помигивая.

– Нет, – коротко отвечает он.

Изображение демонической хари бледнеет. Серебристые лучи ночного светила рассеивают видение. Туман магической проекции медленно рассасывается. Вельзевулон ушел, оставив меня на съедение своим мерзейшим шавкам.

Некоторое время размышляю о том, что сам я – тоже из рядов "мерзейших шавок". Поворачиваюсь к унтер-демону в звании хват-полковника.

Адъютант Чердеговского смотрит вызывающе. Весь подбоченился, собрался. По физиономии вижу, что он имеет желание еще раз съездить мне по уху. Мое бедное ушко, надо отметить, горит невыносимой болью.

– Теперь Вельзевулона Петровича нету, – говорю с угрозой. Слегка наклоняю голову, сдвигаю брови. Эта мина у меня называется "праведный гнев". Не один преступник дрожал мелкой дрожью, завидев меня нахмуренным на допросе. – А раз он ушел, сейчас ты ответишь, рогатая дрянь, за этот удар.

Демон некоторое время, не больше мига, размышляет. Затем приходит к какому-то решению. Семенят кривые ножки, стучат форменные ботинки по твердым булыжникам мостовой.

– Это тебе за то, что сбежал из тюрьмы!

С этими словами он засандаливает мне пяткой в лоб. Немало удивленный таким разворотом мизансцены, я едва не падаю. Хорошо, что сзади меня подпирает король.

Выпрямляюсь, поправляю на себе одежду. Снимаю пылинки с плечиков боевого комбинезона.

Демон благосклонно взирает на мои приготовления. Вероятно, думает, что я не посмею ответить подобным образом. Ведь все на виду огромной толпы полицейских.

С громадным удивлением, широко вытаращив глаза, унтер-демон уносится вон. Это после сочного удара в челюсть, направленного моей праведной рукой.

– А это тебе за то, что раньше не сказал о помиловании! – отказываюсь от мысли преследовать адъютанта. Потираю изрядно ноющую руку – вложил в этот удар все свое негодование.

В этот момент на меня набрасывают силовое лассо. Страшный рывок бросает меня спиной назад. Бьюсь затылком о камни и на некоторое время выхожу из строя. Краем глаза замечаю, что рядом валится Эквитей. С ним обошлись попроще, магию не использовали. Просто пнули слегка пониже спины. Вот монарх и хлопнулся, совершенно не королевским образом – лицом в землю.

Сверху пикируют полицейские дельтапланы. Темные эльфы мягко приземляются на замковых плитах. Пробегают несколько шагов по инерции. Отстегивают ремни безопасности и стремятся к нам.