— Ещё не определилась, — буркнула та и покраснела.

— Хм, в ваши отношения влезать не собираюсь, — благодушно заявил Джокер, при этом явно говоря не то, что у него на уме. — Вика, сходи полежи в своей комнате, отдохни, а мы с Алексеем перетрём.

— Отец! Я же просила! — девушка резко со своего места поднялась и гневно на родителя уставилась.

— Каюсь, — приложил руки к груди Самойлов. — Непроизвольно вырвалось, но и ты иногда в ход похожие словечки пускаешь. Уж прости своего старика, а с Алексеем Петровичем побеседовать мне необходимо и без лишних ушек!

— Хорошо, оставлю вас, — склонила голову Виктория, которую явно распирает от гнева.

Хм, а не поторопился ли я с признанием? Если мы сойдёмся, а потом начнём ссорится, то посуду точно придётся много раз покупать. Побьёт ведь! Или сдержится? Контролировать она себя умеет, но лучше повода не давать. А если накосячу, то заранее позаботиться, чем задобрить.

— Пусть музыка поиграет, — хмыкнул Самойлов, достав из кармана смартфон и, что удивительно, включил не шансон, а какое-то симфоническое произведение. — Нервы успокаивает, мне одна психилогиня прописала, умная женщина.

— Евгения Михайловна знает? — не удержался я от вопроса.

— Да, она в курсе, — поморщился отец Виктории. — Поход к эскулапам всегда обходился дорого, а этот и вовсе оказался выше всяких ожиданий. Пришлось раскошелиться, но ни грамма не жалею. Только при супруге не вздумай об этом упоминать, а то опять на бабки попаду и цацки придётся покупать.

Похоже, госпожа психолог оказалась мастерицей своего дела и сумела увлечь Джокера не только своей профессиональной подготовкой. Неужели у него случился с неизвестной дамой роман? Гм, думаю, скорее интрижка, он жену любит и обожает. Вот чего его на сторону потянуло? Но с чего он об этом со мной заговорил? Пытается показать, что вхожу в ближний круг? Похоже на то. Ну, со своей стороны я ничего против не имею. Вике сказал всё честно, а дети за родителей и тем более другой родни отвечать никоим образом не могут. Мне всегда было плевать, кто родил ту или иную девицу, которая приглянулась.

— Пётр Иванович, вы же не за этим приехали, — краешком губ улыбнулся я.

— Верно, — не стал отрицать мой собеседник. — Как понимаю, о прошлом своего клана тебе известно?

— В общих чертах, много информации переиначено и отличить вымысел от правды не просто.

— А о неких списках, составляемых искусственным интеллектом? — продолжил допытываться Самойлов, показывая и свою осведомлённость.

— Занимаю третий пункт, о чём сожалею.

— Хотел бы оказаться на первом месте? — уточнил отец Вики, которая наверняка нас пытается подслушать, но у неё ничего не получается и от этого она ещё сильнее злится.

— Предпочёл бы вообще там не оказываться, — покачал я головой и пояснил: — Без поддержки клана и, как ни прискорбно, титула, шансов никаких. И не важно, какую строчку займу. Уже проблемы на ровном месте возникли, а дальше они способны усугубиться.

— И что планируешь? — задал вопрос Самойлов.

— Если потребуется, то официально отрекусь от борьбы за власть, — пожал плечами, словно это совершенно очевидно.

— Не торопись, — хмыкнул мой собеседник. — Мои люди тебя прикроют, задание уже получили. Видишь ли, уже одна твоя фамилия наделала при императорском дворе много шума. Кто-то не скрывал радости, основываясь на непроветренных слухах о твоём родстве, другие чуть ли ядом не плевались. В любом случае, при правильном подходе можешь получить неплохие бонусы.

— Или отступные, если называть вещи своими именами, — хмыкнул я.

— При этом и от пули не застрахован, — Самойлов сделал вид, что мою реплику пропустил мимо ушей.