– Да, я на самом деле в это верю, – подтвердила Хлоя с уже меньшей горячностью. – Так мне подсказывает мое сердце. С Бейроном я могу начать новую жизнь. Он не угрожает моему душевному спокойствию. Он… как тихая гавань. Я знаю, Бейрон не причинит мне вреда.

Хлоя увернулась от его объятий и бросилась к дому. Она задержалась только у дальнего конца бассейна – ровно настолько, чтобы бросить через плечо последний совет:

– Окажи честь нам и себе, поезжай домой, Нико! Если ты надеешься расстроить мои свадебные планы, то теряешь время зря. Я выйду замуж за Бейрона в следующую субботу, и ничто из того, что ты скажешь или сделаешь, не сможет мне помешать.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

22 августа, суббота

Наступил новый летний день. Семья Хлои завтракала на залитом солнцем внутреннем дворе. На всем небосклоне не было ни облачка, и только между матерью и дочерью назревала буря. Девушка стояла у стола и пристально глядела на Жаклин, сидевшую напротив.

– Как ты могла?! – наконец взорвалась Хлоя. – Только перестань разыгрывать оскорбленную невинность! Ты отлично понимаешь, о чем я говорю. Что, черт побери, подвигло тебя пригласить Нико?

– Он останавливается у нас всякий раз, когда приезжает в Ванкувер. Я думала, ты об этом знаешь.

– Но почему именно сейчас?! – Хлоя повысила голос. Она не могла говорить спокойно, не взрываясь. – Ты столько времени организовывала эту свадебную церемонию, мама. Почему же в последний момент сама все разрушаешь?

– Потому что, в конце концов, мать обязана поступать, как лучше для ее ребенка. Особенно если этот ребенок решил спрятать голову в песок и притворяться, что все просто замечательно. Между тем и слепой заметил бы, что это не так.

– Ты хочешь сказать, что сознательно подстрекала Нико, чтобы он приехал сюда именно в это время? Ты мечтала с его помощью расстроить мои планы?

– Конечно же, нет. Я понятия не имела, что он планирует деловой визит, который совпадает по времени с твоей свадьбой. Но когда это обнаружилось, мне показалось, что в твое будущее вмешалась сама судьба.

– Иными словами, ты надеешься, что моя свадьба сорвется? – спросила Хлоя в полном ошеломлении.

– Нико сам по себе не сможет ничего испортить. Если ты абсолютно уверена, что поступаешь правильно, выходя замуж за Бейрона, то не позволишь никому встать у тебя на пути. Однако если твои намерения могут измениться только из-за того, что здесь появился Нико, он убережет вас с Бейроном от непоправимой ошибки.

– Нико не изменит мои планы! Я знаю, что делаю.

– Ты постоянно так говоришь. Тем не менее, я вижу другое.

– Тогда посмотри на это с другой стороны! Мне двадцать восемь лет, мама, и я в состоянии принимать решения самостоятельно. Я с первого же дня в детском саду не звала тебя, когда мне нужно было вытереть нос, так что обойдусь без твоего вмешательства и сейчас.

– Мне всегда есть и будет до тебя дело, Хлоя, поскольку ты не перестанешь быть моей дочерью, сколько бы лет тебе ни исполнилось, – невозмутимо ответила Жаклин. – И, разумеется, я не могу безучастно наблюдать твои страдания. А чем ближе подступает день твоей свадьбы, тем более расстроенной ты становишься.

– Со мной все в порядке, мама!

– Неправда, моя девочка, ты заметно подавлена. Я скажу даже больше – у тебя депрессия. А теперь сядь и возьми персик.

Да она бы скорее проглотила червяка! Вцепившись в спинку своего стула так судорожно, что у нее побелели костяшки пальцев, Хлоя мрачно спросила:

– А ты не посчиталась с чувствами Бейрона? Что с ним будет, если твоя задумка сработает?

– Я подозреваю, что в итоге он скажет мне спасибо.