Ну, может, взять машину и поехать куда-нибудь?

Разве здесь есть место, где бы не шел дождь?

Не думаю, но по крайней мере мы немного встряхнемся. По крайней мере у нас не будет ощущения, что мы сидим, как в ловушке, глядя на дождь за окном. В такие дни я обычно так и поступаю.

Все дело в сером цвете.

Что?

Это он так утомляет. Не дождь, а серый цвет. Он такой тоскливый, что просто забирает все силы.

Пожалуй, пора перекусить. Ну, давай, встряхнись.

Я не знаю, хочется ли мне есть.

Как трудно, правда? Как трудно снова начать говорить о моих делах.

Да, верно. Нужно просто сделать усилие. Я не говорю: забудь о нашей ссоре дома; я только прошу отодвинуть ее подальше, и ты увидишь, с какой легкостью мы снова заговорим о них. Так обычно и бывает с умными людьми.

Не придавай такое значение уму.

Не могу.

Была бы я умной, так относилась бы ко всем этим проблемам по-другому.

Ты умна. Очень. Только не путай ум с практической сметкой; иногда человеку дается и то и другое вместе, но спутать их невозможно. И потом, прикинь как следует: если бы ты сейчас не мучилась сомнениями, ехать или не ехать тебе работать с Армстронгом, то наверняка думала бы о том, как получить кафедру здесь, в Испании. А если так, то скажи-ка мне: разве у тебя не было бы той же проблемы? Я имею в виду, что, может, ты получишь ее в Мадриде, а может, и далеко от него, как я в свое время на Канарах.

Это не одно и то же. Ты же отлично знаешь, всегда можно постараться распределить свои часы так, чтобы часть недели проводить с семьей. Ведь я чуть не оказалась в подобной ситуации… ну, я тебе говорила. Пришлось бы много ездить туда-сюда, но все равно это не то же самое. Меня вот что наводит на размышления: хочешь верь, хочешь не верь, но я, в общем-то, совсем забросила идею насчет кафедры, а вот возможность поработать с Армстронгом манила меня с тех самых пор, как я впервые задумалась о ней, еще задолго до того, как получила официальное приглашение.

Это называется желанием.

Да, но желанием чего?

Тебе лучше знать, ведь это твое желание.

Желание знаний? Желание славы? Желание мести?

Я больше не осмеливаюсь высказывать свое мнение — не дай бог, снова ляпну что-нибудь неподходящее. По крайней мере, до обеда не буду.

Что за глупости!

Нет, правда. Но в любом случае у тебя должен быть ответ — наверняка он затаился где-то внутри. Просто задай сама себе этот вопрос. Желание не возникает из ничего, и оно — не падающая звезда. Желание всегда коренится в нас самих, особенно желание такого масштаба. Может, ты задаешь себе этот вопрос не так, как надо, ищешь не в том месте, где гнездится твое желание.

Ой, не утомляй меня, пожалуйста. Я ехала сюда с единственным намерением: чтобы ты помог мне разобраться, помог искать, найти, увидеть. Разумеется, я задаю себе вопрос не так, как надо.

Странно, что ты, такая умница, не умеешь искать. А тебе не приходило в голову, что, возможно, в глубине души ты сама не хочешь найти ответ?

Я не хочу найти ответ?

Иногда из-за своего ума мы оказываемся в ситуациях, которых не можем не видеть именно благодаря ему. Но бывает и так, что мы не желаем их видеть, поскольку они ведут нас к конфликтам, которые нам не по душе. Тогда что-то срабатывает внутри нас, и мы бессознательно — бессознательность является защитной мерой — отключаем какую-то зону механизма действия ума. Таким образом доступ в опасную зону блокируется. Результат просто великолепный: мы не добираемся до нее — а это защищает нас, — но в то же время продолжаем действовать с иллюзией того, что не отказались от собственного ума.

Потрясающе.

Да, правда?

Ты лучше смотри на дорогу.

Я смотрю, не беспокойся.

Ты хочешь сказать, что я, возможно, скрываю от самой себя истинную причину, по которой мне хочется поехать работать с Армстронгом?

Может быть.