|
У них обостренное чувство справедливости, поэтому они не выносят глупцов и довольно быстро начинают искать место, где их знания и умения найдут адекватное применение. Однако вы работаете на должности всего лишь старшего дознавателя. Имея явный опыт руководителя, причем в немаленьком коллективе, вы почему-то довольствуетесь малым и не порываетесь подняться на более высокий пост. Более того, позволяете за собой следить. Терпите чужое пренебрежение. К тому же у вас есть дела, которые вы решаете в обход своего нынешнего шефа и о которых он не имеет ни малейшего понятия. С учетом вашей предыдущей должности, аналитических способностей, навыков общения и умения вести даже очень сложные переговоры мне кажется, вы не просто так заняли нынешнюю должность. Но вряд ли это назначение было связано с каким-то проступком, приведшим к понижению вашего звания или статуса. Напротив, я все больше склоняюсь к мысли, что вы перевелись в столичное управление умышленно. И скорее всего, это означает, что господину Нораму недолго осталось сидеть в кресле начальника управления имперской службы безопасности. Скажите, я прав?
Нэл Форм окинул меня оценивающим взглядом, на мгновение задумался, а потом совершенно спокойно кивнул: – Действительно, впечатляет. Надеюсь, вы поделитесь со мной информацией об источнике этих любопытных сведений? – Источник перед вами, – усмехнулся я. – И никаких иных следов вы не найдете, даже если активируете спрятанный в вашем тайнике прибор. – Какой еще прибор? – с деланым равнодушием поинтересовался Форм. – Полагаю, точно такой же, к которому каждый день ровно в полдень с жадностью прилипает нэл Норам в надежде собрать на вас какой-нибудь компромат. Правда, в отличие от вас, он еще не знает, что в его кабинете установлены неучтенные в его ведомстве артефакты. Причем на порядок лучшего качества, нежели те, которыми он снабдил ваш собственный кабинет. И еще я полагаю, что сегодня вы сильно удивились, обнаружив, что с раннего утра и почти до обеда ни один из ваших приборов ничего не записал. У нэла Форма сузились глаза. – Надо полагать, это – ваша заслуга, нэл Вильгельм? – Боюсь, что так, – развел руками я. – Мне хотелось соблюсти тайну нашего общения с нэлом Норамом, поэтому даже во время очень настойчивого и обстоятельного допроса он не сумеет дать вам пояснений по данной теме и вообще не вспомнит, что в его кабинете сегодня кто-то был. – Вот даже как… – задумчиво протянул дознаватель. – Что ж, это многое объясняет. Вы уже сообщили кому-нибудь о своих выводах? Я улыбнулся. – Я не сотрудничаю ни с какими службами, нэл Форм. Ни в империи, ни за ее пределами. Мне, если честно, нет до них никакого дела. Я сам по себе. По крайней мере до тех пор, пока наши интересы не пересекутся. – Судя по всему, они уже пересеклись, раз вы изволили меня навестить… – Я вам об этом уже сказал. Понимаю, что поверить трудно. И еще сложнее поверить в то, что я не вынашиваю планы как-то вам помешать. Напротив, у нас с вами… имею в виду управление внешней разведки… общие цели. Я так же, как и вы, не уважаю нежить и то, что имеет к ней отношение. Поэтому в меру своих скромных сил стараюсь от нее избавляться. Форм внутренне подобрался. – Как вам удалось уничтожить тварей в подземелье? – Это моя врожденная способность, – не стал отрицать очевидное я. – Она не имеет отношения к обычной магии и не связана ни с какими артефактами, поэтому вам и не удалось засечь ее следы. – Вы можете ее продемонстрировать? Я пожал плечами. – Дайте мне любое существо, хоть живое, хоть мертвое, и у вас больше не будет повода сомневаться. |
