– Сегодня атак не будет, – сообщил он командиру обороны города. – Отпусти бойцов отдохнуть, оставь лишь часовых, – и сам немного ссутулившись под тяжестью горькой ноши, пошел прочь со стены.

Двое суток шла осада, а на третьи, рано утром в стане мятежников раздались громкие звуки боевых труб. Мятежники на глазах защитников строили осадные башни и дух защитников постепенно падал. Эльфар гвардеец тоже это видел и предложил Чарта-илу совершить ночную вылазку к осадным башням, чтобы их разрушить.

Чарта-ил хоть и не был военным, но прожив долгую жизнь, хорошо понимал расклад сил и возможности обороняющихся.

– Нет, дружище, мы этого делать не будем, – сказал он. – Уверен, что лесные эльфары, что командуют осадой, этого только и ждут. Башни охраняют рейдеры. Им наша вылазка лишь размяться. Уничтожат и захватят в плен отряд диверсантов, а потом казнят на виду ополченцев. Ты лучше приободри людей. Скажи им, что мы отобьем атаки. Что у нас есть козырь в рукаве.

– А он есть? – спросил гвардеец с затаенной надеждой в голосе.

– Есть – соврал Лер Чарта-ил и уверенно посмотрел в глаза седому воину.

Тот радостно рассмеялся.

– Ха! Леер Чарта-ил, я всегда знал, что вы найдете выход из любого положения, – и ударив себя в грудь кулаком, ушел. Чарта-ил смотрел ему вслед и горестно думал:

«Мне бы твою уверенность, старый, преданный друг.

Чарта-ил у себя в поместье много думал и перебирал различные варианты спасения. Но сколько бы он не размышлял, ничего стоящего в голову не приходило. Лишь одно средство, он знал, может испепелить башни. Это земляное масло. Но применить его против башни было очень сложно. Нужно было доставить горящее масло внутрь башни, тогда они сгорят. Только доставить их нужно так, чтобы разлить по всей башни, а это практически сделать невозможно. Противник не позволит это сделать. Но и это не выход. Пройдет еще несколько дней и мятежники построят новые башни и уже не допустят их поджога. Но все же каждый лишний прожитый день давал надежду на то, что произойдет чудо. И в чудо хотелось верить.

Накануне вечером он собрал стариков из своего дома. Слуг, отставных воинов и глав родов, что остались с ним в городе по причине старости. С ними он был честен.

– Леры, вы видите, что положение города крайне тяжелое. Не мне вам говорить, что мы проиграем эту битву. У нас восемь тысяч беженцев, мужчин, женщин и детей. Три сотни солдат-гвардейцев. Мы сможем отбить одну атаку, – произнес он, – но и это потребует наших жизней. Кто готов положить ее на алтарь победы и дать молодым шанс выстоять?

Старики долго не думали. Это были не первые эльфары Дома. Поэтому не были испорчены интригами, корыстью и готовностью ради выгоды предавать родных.

Встали первыми главы родов, восемь старцев.

– О чем речь, Чарт. Мы все готовы пожертвовать собой. Говори, что нужно делать.

За главами встали рядовые члены родов и тоже дали свое согласие умереть ради жизни других снежных эльфаров.

Ночь прошла в обсуждении деталей того, что нужно предпринять. Только Чарта-илу не разрешили участвовать в предстоящей операции. Он должен был стать скрепляющим волю защитников знаменем и погибнуть уже в самом крайнем случае. С этим старый глава Высшего совета скрепя сердцем согласился. Он должен был поддерживать надежду и боевой дух защитников. А кто кроме него это мог сделать? И сам дал ответ. – Таких не было.

На стенах в праздничной одежде и броне словно одетые на парад стояли три десятка стариков. Они смотрели в сторону врагов спокойно и мрачно. Рядом стояли маги, для прикрытия их магическими щитами. за их спинами небольшие отряды воинов вооруженные короткими и щитами.